Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 6, страница 77 – Саша Фишер

— Это как-то… — насупилась Ирина. — Мне кажется, так неправильно. Все-таки, это человеческое горе. А мы… вот так…

— А еще они там пыльные все, — Света поежилась. — Венки же не сразу выбрасывают, они какое-то время стоят на могилах. Они там покрываются слоемгрязи. На шею такие не очень хочется надевать как-то.

— Можно их в ванне водой залить и насыпать порошка… — начала Наташа, потом махнула рукой. — Ладно-ладно, я уже по вашим лицам поняла, что вы меня уже хотите закопать. И веночек на могилку принести. Я вот что вспомнила.

Наташа снова вскочила и принялась ходить по комнате.

— Мама перед первым мая и седьмым ноября брала на дом подработку, — Наташа, не переставая, ходила по комнате. — Там был такой цветной целлофан. Нужно было его сворачивать длинными треугольниками и вырезать. И потом получались такие большие объемные шары на палочках. Целлофан был прикольный, яркий и шуршал. Если из него вырезать не здоровенные штуки, а маленькие, то получится похоже на цветочки.

— А где его берут? — спросил Бегемот. — Я такие шары помню, у мамы всегда клянчил, чтобы купила…

— Не знаю, наверное в канцтоварах, — пожала плечами Наташа. — Я помню, что его прямо дофига было, значит он дешевый.

— Можно Николаю удочку закинуть, — предложила Света. — Он до сих пор пасется на каких-то складах, может там и целлофан есть.

— Гофрированную бумагу еще можно, — подала голос Ирина. — Там даже вырезать не надо, просто можно полосками нарезать и скрутить…

Маховик творческого процесса был запущен. Мне оставалось только фиксировать письменно ключевые моменты и прикидывать, какие вложения потребуются. Записал заодно пообщаться с Максом насчет «Библии бармена», которую я у него нашел. В прошлый раз забыл спросить. Вдруг он увлекается? А на гавайской вечеринке самое то делать какие-нибудь коктейли за баром.

Да, точно! «Собрать из чего-нибудь барную стойку», — записал я.

— Только ночевать я сегодня не останусь, — прошептала Ева, размыкая наши тесные объятия.

— А что так? — разочарованно протянул я. Правда расстроился, мне нравилось, когда она у меня ночует. Нравилось с ней завтракать, нравилось, когда она открывала утром глаза и улыбалась сонно. Нравилось готовить для нее завтрак, если получалось проснуться раньше.

— Да тетя Тамара, я же говорила, — Ева недовольно сморщила носик. — Папа просил не оставлять его с ней надолго, она… ну… Между прочим, ты обещал в гости зайти, чтобы с ней познакомиться.

— Так в чем проблема? — хмыкнул я. — Поехали к тебе.

— Сейчас? — удивилась Ева.

— А что такого? — я пожал плечамии сел. — Автобусы еще вроде ходят. Или можем такси поймать, чтобы на остановке не мерзнуть. Ты девушка совершеннолетняя, водить к себе можешь кого угодно, комната у тебя своя. Ну и заодно сразу будет доказательство, что я не просто какой-то твой однокурсник, которого ты подговорила сыграть роль твоего парня, чтобы тете насолить.

— Хм… — задумчиво проговорила Ева, и глаза ее игриво заблестели. — А мысль, между прочим интересная… Ты ведь не шутишь?

— Ничуть! — заявил я и встал.

— А поехали! — решительно заявила Ева и тоже встала. — Вот она офигеет от такого поворота!

Мы по-быстрому натянули на себя одежду, как попало разбросанную по комнате, и вышли из квартиры.

Такси нам попалось каноничное, можно сказать. Забавно, но с началом девяносто второго поймать машину стало гораздо проще, чем раньше. Стоило только поднять руку, как из потока машин немедленно выруливал какой-нибудь бомбила на «копейке» или «москвиче». Причем водители частенько были весьма интеллигентными. Инженеры, там. Или вообще сотрудники НИИ или универовские преподы. Купили машинку еще в СССР, чтобы семью на дачу возить. Дождались своей очереди, накопили денег, все шло по плану… Но сейчас правила жизни стремительно поменялись, обветшалые бюджетные конторы, которые раньше были гарантом стабильности и благополучия, платили или ничтожно мало для выживания при стремительно растущих ценах, или вообще не платили. Приходилось крутиться хоть как-то. Вот и зарабатывали потихонечку, как получалось.