Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 6, страница 109 – Саша Фишер

— Эй, я тоже хочу! — подал голос из дальнего ряда патлатый парень со смутно знакомым лицом. В рок-клубе виделись.

— А приз какой? — спросила девушка из самых первых рядов.

— Хранитель приза у нас Макс, — я ткнул пальцем в сторону бара. — Можете догадаться,что именно там такое…

В качестве приза мы заготовили бутылку кубинского рома, которую Макс достал со своих антресолей. Из запасов его отца. И сообщил, что отец все равно ром не любит, так что без дела пылится. И коробка шоколадных конфет «Ассорти».

— Оооо! — публика радостно зашевелилась. К сцене начали проталкиваться желающие.

— Веееелиал! — сказала Наташа в микрофон, округлив глаза. — Так это получается, мы с тобой просто не сказали, что будет призом, вот они и тухлили тут все?

— Это все из-за того, что вы мне не дали трусы на голову надеть! — заявил я, выставив вперед палец. Публика радостно заржала.

Бельфегор снова заиграл свое рэгги, все по очереди принялись выгибаться и проходить под бамбуковой палкой.

«А ведь получается! — думал я, вглядываясь в лица. — В двадцать первом веке такое бы, возможно, уже не прокатило, но сейчас, черт возьми, они ведь счастливы!»

Они хлопают в такт музыке. Ахают, когда кто-то проходит под планкой. Улюлюкают, когда кто-то ее сбивает.

Наташа записывала мелом на доске имена участников. И стирала их оттуда, когда кто-то срезался. Тот самый первый реднек срезался на втором туре.

— Эх, колено дальше не сгибается, а так бы я вас сделал, щенки! — заявил он, пролезая под канатом нашего ринга.

— Стой, мужик, подожди! — заорал я. — Вернись-ка обратно сюда! Или даже нет, пойдем на сцену лучше!

Я как на буксире поволок нашего активиста к помосту. Мы забрались наверх и я повернулся к бару.

— Макс! — заорал я. — Эй там, у бара, разойдитесь, мне нужно чтобы бармен меня увидел!

Барная стойка освободилась.

— Макс, ты там как? — в микрофон спросил я.

Макс изобразил широкую лыбу и поднял палец вверх.

— Так, короче! Видишь этого парня? — спросил я, обнимая за плечи стоящего рядом со мной реднека. — Сделай ему свой фирменный. За мой счет!

— Да там сладкое наверное все, — начал отнекиваться реднек.

— Девушку угостишь, — сказал я. — А себе пиво возьми. Макс, ты слышишь?

Макс утвердительно кивнул и снова показал большой палец вверх.

Кажется, ко мне потихоньку начал приходить опыт, которого раньше не было. Если первый концерт здесь я вел по чистому наитию и стараясь подражать тому парню из омерзительного цирка, а публика воспринималась некоей аморфной массой. То сейчас все становилось как-тоиначе. Как будто у меня начал развиваться локатор, угадывающий настроение толпы. Какое-то шестое чувство, которое подсказывало, когда пора прерывать соревнование, вызывать девчонок и включать музыку, чтобы все потанцевали. А когда надо возвращать народ к рингу, чтобы болели за своих фаворитов и продолжать гонять их под планкой.

— А хорошо… — сказала Наташа, вытягиваясь на скамейке, когда очередной тур чемпионата был закончен. — Совсем по-другому хорошо, чем тогда. Вроде бы, народу больше, а как-то… душевнее что ли.

— И душнее… — вздохнула Света.

— Да? — Наташа удивленно подняла голову. Потом протерла лоб ладошкой и посмотрела на мокрую руку. — Хотя, да. Душновато…

— У нас сегодня купили двадцать два абонемента, — сказала Света. — Я даже не ожидала, прикиньте. Вообще забыла, что нам их напечатали. Но какой-то парень подошел и спросил в лоб, а следом и остальные набежали. Откуда только узнали, ведь даже я забыла…