Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 5, страница 71 – Саша Фишер

Цыган вместе с фотографом Лялей пришло восемь. Хотя они были такие шумные, что было полное ощущение, что их целый табор человек в сто. Наверное, это все потому, что плюсом к взрослым было еще четверо детей, тот самый пацан, который настойчиво требовал, чтобы его пустили за барабаны, и три девчонки, старшей лет десять, младшей лет пять. Они носились по залу, забирались на металлические конструкции, дергали за одежду всех, до кого дотягивались, лезли с вопросами и просьбами, но тут же о них забывали и мчались по другим делам.

— Эммм… Что происходит? — Влад с недоумением уставился на меня.

— Прощу прощения, — я чуть виновато усмехнулся. — Кажется, это я все устроил. Случайно.

— Не понял, — прищурился Влад. — Объяснись.

— Видите вон ту девушку? — я указал на скромно стоящую рядом с колонкой русоволосую большеглазую барышню. Она была в длинном платье, но без яркой вычурности взрослых цыганок. То, что она с ними из одной компании, выдавал только платок на голове. Да и он был повязан так небрежненько, будто она собирается его снять, как только строгие матроны покинут это помещение. Но глазищи выдающиеся, тут Стас не соврал. На груди у нее висел черный чехол фотоаппарата, который она теребила тонкими пальчиками. На кукольном личике — сложный коктейль эмоций, который я лично прочитал, как: «Мне жутко неудобно за это все…»

— Ну, — кивнул Влад. — Хорошенькая.

— Она фотограф, — сказал я. — Очень хороший фотограф, мой оператор клянется всеми собой, что она настоящий гений. А моим парням нужны фотографии. Для постеров, календариков, обложек для кассет и прочего мерча.

— Чего-чего? — переспросил Влад.

— Ну, сувенирки всякой, — пояснил я. — Значков для будущих поклонниц, там. Фуболок. И прочих предметов обихода, на которых можно напечатать изображение.

— Так, это понятно, — кивнул Влад. — А вот это ай-на-нэ тут при чем?

— А это вторая часть истории, — усмехнулся я, наблюдая за тем, как пацан забрался уже почти под самый потолок по металлической колонне на сцене. А внизу стояла юная цыганка, кажется, ровесница Ляли или чуть старше, и истошно голосила, увещевая, чтобы сорванец немедленно спускался. — Она цыганка. И вот это все — ее семья. Которая волнуется о том, чтобы Лялечку не заманилив какое-нибудь ужасное место и ничего с жуткого с ней не сотворили. Потому что… Блин, я не знаю, почему. Стас меня предупредил, что как-то так будет, но масштаб катастрофы я себе плохо представлял.

— Так, кажется, я все понял, — Влад выдал кривую усмешку. — Тогда пойдем урегулировать этот вопрос.

— Да я сам, это же мой косяк… — попытался возразить я.

— Извини, но ты выглядишь как пацан, — хмыкнул Влад. — Подозреваю, что для этих серьезных дам ты будешь крайне сомнительным авторитетом.

Он шагнул в сторону самых старших цыганок, они зацепились почему-то за Тамару и бомбардировали ее расспросами. Мельком я посмотрел на обалдевших «ангелочков». Но к ним уже спешила Ирина, таща за собой Жанну Андреевну.

— Дамочки, оставьте в покое Тамару! — громко сказал Влад. — Если у вас есть вопросы, можете задать их мне. Ну, в смысле, я тут за главного. И еще вот этот парень, не смотрите, что он такой… Он нормальный, зуб даю.

— Вы? — старшая из цыганок окинула Влада оценивающим взглядом. Пожалуй, на вид тот особым авторитетом не смотрелся. Потертые джинсы, клетчатая рубаха навыпуск, майка, волосы в некотором беспорядке. Хотя, наверное, наметанный глаз наверняка сможет усмотреть, что джинсы американские, рубаха тоже явно куплена не на рынке, да и острые носы ковбойских ботинок были не вполне привычны для рядового, так сказать, обывателя.