Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 5, страница 66 – Саша Фишер

Я оглядел сумрачный зал, заполненный примерно на три четверти. Не так мало, на самом деле, я думал, что вообще будет пусто. Увидел клетчатый пиджак Василия за столиком рядом с пышным кустом чего-то цветущего в кадке. Он сидел один и с аппетитом поглощал что-то из своей тарелки.

— Привет, — сказал я, приземляясь напротив него.

— О, здорово, Вовчик, — обрадованно улыбнулся Василий и потянулся за салфеткой. — Я вообще сюда редко хожу, но заливную рыбу тут готовят исключительную! Кореш мой тут поваром служит, звякнул, сообщил, что они стерлядку добыли, и я тут же как штык. Ты как, голодный? Закажешь что-нибудь?

— Да не, я ненадолго, — покачал головой я. — Завтра тяжелый день, и все такое.

— Лады, тогда давай сразу к делу, — Василий отодвинул от себя тарелку. — Как тебе мои гаврики?

— На мой вкус плоховато приспосабливаются к новым обстоятельствам, — произнес я. — Но это пока еще не криминал, так что пожаловаться не на что. Но я бдю!

— Ох, блин, ты не поверишь, чтоэти клоуны сегодня утром мне устроили… — Василий хлопнул себя по лбу ладонью и покачал головой.

— Они в девять утра заявились, прикинь! — Василия покачал головой, не отнимая руки от лица. — Из постели меня подняли, всей делегацией. Ну, я думал, может случилось что, сразу такой подобрался, приготовился к дерьмовым новостям…

— А они что? — с любопытством спросил я.

— Уставились на меня все скопом, а потом Эдик, такой и говорит: «Василий, нам надо серьезно поговорить насчет этого твоего племянника», — Василий посмотрел на меня и ткнул в меня пальцем. — «Тебя, в смысле».

— О как… — усмехнулся я.

— Ага, — покивал Василий и продолжил. — Говорят: «Может его в какое-то другое место устроишь? Он в наш коллектив совершенно не вписывается!» Нет, ты представляешь, да? Не вписываешься ты к ним… Мы, говорят, почти как семья уже стали, а он, ты то есть, только все портит. Я так обалдел, что даже промолчал сначала. И тут их вообще понесло! Они начали хором разоряться, какой ты несносный, самовлюбленный и опасный для дела тип. Мол, они тебе доверять не могут, а для общего дела это ужасно вредно, так что давай, мол, выгоняй его прямо сейчас. Или они за себя не отвечают.

— Ну а вы что? — фыркнул я. Кажется, вот и ответ, почему они во-первых явились на репетицию все впятером, хотя это было нафиг не надо. И почему были такие взвинченные, будто у них случился один на всех ПМС.

— На херах их оттаскал, что же еще? — всплеснул руками Василий. — Как только проснулся и полностью понял, что мне вся эта катавасия не снится, треснул кулаком по столу и выдал им… Многоэтажно. Условия они мне, бляха-муха, будут ставить еще, опездалы. Охренели совсем. Места свои задницами нагрели, а туда же… Семья они, бляха-муха! Выдал им по первое число, сказал, что еще один такой выкрутас, я тебя вообще начальником над ними сделаю. И кто не будет перед тобой поклоны лбом в пол бить, того вышвырну нахер без выходного пособия!

— То-то они нервные сегодня были… — хохотнул я.

— Ну, меня потом попустило, — Василий долил в свой бокал вина из графина. — Но я еще раз им нормальным языком повторил, чтобы забыли о всяких этих своих народных бунтах, бессмысленных и беспощадных. И работали, а не представления тут мне устраивали.