Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 2, страница 74 – Саша Фишер

— Если мы сейчас сбежим, то получится, что мы кинули «Каганат» с разогревом, — хмыкнул я. — А если останемся и выступим, то Алишер останется нам должен, ведь так?

— Ой, слушайте, правда, чего мы как эти самые? — первымвышел из тревожного паралича Бельфегор. — Зря что ли мы это все тащили? Давайте настраиваться, пойду посмотрю, что тут за аппарат.

Бельфегор выскочил за дверь. Бегемот смущенно взялся расчехлять баулы. Ни на кого не смотрел, шевелил губами и бровями. Как будто сочинял убедительные аргументы в пользу своей позиции и перед воображаемым зеркалом их репетировал.

Кажется, в зале никто даже не заметил, что на сцене появились музыканты. Патлатая публика продолжала неровным шагом перемещаться туда-сюда, передавая друг другу бутылки и дымящиеся бычки. На мой трезвый взрослый взгляд все это напоминало какое-то скопище бомжей с оплывшими рожами и в стремных тряпках. Никаких ярких панковских ирокезов или миллиона заклепок на куртках. Из опознавательных признаков — только длинные волосы, да и то не у всех. Девушки… Вроде девушки тоже среди толпы были, но отличить их от парней было непросто. Публика сливалась в общее тошнотворное нечто.

— Запили что-нибудь задорное, чтобы взбодрить, — сказал я Кириллу, который смотрелся самым нервным из наших. Он посмотрел на меня испуганным взглядом и вцепился в гитару так, что пальцы побелели.

— Да нормально все будет, Каббал! — подчеркнуто-жизнерадостно сказал Кириллу Бельфегор. — Давай, изобрази риф, как ты умеешь!

Кирилл пробежался по струнам пальцами. Из колонок вырвался хрипящий и визжащий звук. Нда, качество аппаратуры, конечно… Ладно, хоть электричество есть…

Народ начал оглядываться на сцену. На лицах появилось тупенькое недоумение. Мол, что там такое? Концерт какой-то?

Астарот водрузил на голову конструкцию с рогами и шагнул к микрофону.

— Благословение князя тьмы этому подвалу! — рыкнул он. Сцена определенно на него отлично влияет. И не скажешь, что пять минут назад он жевал сопли и готов был сбежать.

Я сжал кулаки на удачу. Ну, погнали что ли!

Я разбирал текст только потому, что знал, что именно поет Астарот, потому что читал все тексты в напечатанномвиде. А здесь из-за хренового звука было точно ни слова не понятно.

Но народ потихоньку начал шевелиться, часть даже потянулась к сцене, кое-кто даже притопывал в ритм песне.

— Колбаса! — взревел один из патлатых зрителей, рванул вперед, вытягивая козы на обеих руках.

— Колбасааааа! — подхватила остальная публика. — Хой! Хой!

Песня потерялась в оре толпы, но ребята героически продолжали играть. Какой-то борзый хрен в майке-алкоголичке, покрытой пятнами, и я не хотел знать, от чего именно. Запрыгнул на сцену и принялся трясти немытыми патлами. И к нему тут же намылился второй.

Ну, тут мне совершенно ясно, что нужно было делать. В этой «Империи Рок» никакой охраны не подразумевалось. Или, если кто-то подобный и был, то они тоже уже были бухие. Значит сохранять порядок на сцене — моя задача.