Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 2, страница 53 – Саша Фишер

Она засмеялась. Смех был приятный. Наверное, и сама она выглядела бы куда симпатичнее, если бы одевалась и причесывалась не как конторская крыса, а… Сколько ей лет, интересно? Лет сорок?

Звякнула в руках женщины связка ключей, дверь скрипнула и распахнулась. Кабинетик был такойкрохотный, что мы вдвоем с Бельфегором заняли практически все свободное пространство перед ее столом. А Вера, тем временем, грохнула ящиком, достала металлическую печать с чернильной подушечкой. Ловко пропечатала на каждом тексте штамп «одобрено» и круглую печать ДК профсоюзов. И поставила на каждом же листе свою подпись. Уверенно и быстро, чувствовалась рука профессионала.

— Все, держите! — сказала она.

— Спасибо! — пискнул Бельфегор.

— Если хотите специально поблагодарить, то цветы и конфеты я не пью, — засмеялась она. — Все, мальчишки, бегите на свои репетиции, меня люди ждут!

Она буквально вытолкала нас за дверь и умчалась обратно в бухгалтерию.

— А я ведь принес все песни, — сказал Бельфегор, перелистывая пропечатанные страницы. — Даже свои, которые Астарот петь не хотел.

— Теперь это одобренный государством репертуар, — хохотнул я и хлопнул приятеля по плечу. — На будущее пригодится. Нам еще на новогодней вечеринке в военном училище выступать.

— А нас там точно не побьют? — фыркнул Бельфегор.

— Смотря как сыграете! — засмеялся я. — Ладно, потопали в «Петушок», я с оператором договорился там встретиться.

Кафе «Петушок» рядом с кинотеатром «Россия» было местом культовым еще с восемьдесят лохматых годов. А может даже и с семьдесят лохматых, просто я там раньше не был. Место задумывалось как детское кафе-мороженое, но то ли по чьему-то недосмотру, то ли наоборот такой и был план, работало оно допоздна, так что его облюбовали в качестве штаб-квартиры и места встречи всякие представители неформально настроенной молодежи. Сотрудники кафешки быстро смекнули, что хайрастый и обвешанный феньками народ может быть гораздо выгоднее, чем родители с детишками, и принялись приторговывать бухлом из-под прилавка. В общем, все в выигрыше.

Я в старшей школе к неформалам не относился, но само место, ясен пень, знал. И даже как-то сходил на экскурсию, чтобы посмотреть на настоящих панков. Но то ли мне не повезло с днем недели, то ли я просто слишком многого ждал от новокиневских нефоров, но никаких чуваков с ирокезами, как на фото из молодежных журналов, я там не увидел. Панками там называли просто бухих и шумных ребят. С которыми мы в результате еще и подрались.

Сейчас мы с Бельфегором смотрелись как типичные завсегдатаи «Петушка», хотя ими небыли почему-то.

Уже вечерело, так что публика начала сползаться на огонек. У входа на тротуаре уже топталась компашка даже каких-то смутно знакомых личностей. Кажется, виделись уже. Или на «Рок-провинции», или у Боржича.

— А как мы узнаем этого оператора? — озабоченно спросил Бельфегор. — Тут же народу толпа…

— Спокуха, — подмигнул я. — Я знаю, как он выглядит. Вон он сидит, за угловым столиком.

Мы протиснулись через броуновское движение неформалов, которые выглядели так, будто только проснулись. А может и не только выглядели, а так оно на самом деле и было.

— Привет, Костян, — я плюхнулся на свободный стул рядом с блондинистым пареньком самого невинного вида — высокий тощенький очкарик с аккуратной стрижкой. На столе перед ним — вазочка-креманка с мороженым, посыпанным шоколадной крошкой. В руках — книга. Толкиен, «Братство кольца». — Это я тебе звонил сегодня.