Книга 90-е: Шоу должно продолжаться, страница 30 – Саша Фишер

— Бандитская пуля, — усмехнулся я. — Дверью прищемил, так что играть сегодня не могу, пришлось замену искать.

— Печально это, когда бренность бытия встает на пути у свободного творчества, — продекламировать очкарик.

Ресторан «Киневские зори» я знал. Это во все времена был редкостный гадюшник. Когда я был еще гордым советским пионером, и увлекался аквариумистикой, на «Колхозный рынок» я ездил примерно еженедельно. Купить своим гуппешкам и меченосцам корма, присмотреть еще каких-нибудь рыб, улиток, растений или приспособ для аквариума, собранных умельцами. По субботам на рынке целый рядотводили для аквариумистов. Ну и, разумеется, «Киневские зори» я тоже видел. Только вот слово «ресторан» у меня никак не вязалось с окрестными мрачными хрущобами, складами и унылой промзоной. Ресторан «Новокиневск» — это понятно. Лицо города, занимает весь первый этаж одноименной гостиницы, люди выходят с вокзала и — оп! — а вот вам хлеб-соль. Ресторан «Центральный» — тоже понятно. Он на площади Советов, рядом ЦУМ, областная управа, Ленин путь указывает, опять же. А здесь-то какой может быть ресторан? В лучшем случае столовка… Я задал этот резонный вопрос родителям. Мама, как всегда, отмахнулась. А отец сказал довольно странную фразу, которую я в тот раз не понял. «Так и грязные деньги надо где-то тратить…»

От «химиков» до «Киневских зорь» было два шага. Пересечь сквер, в котором стоял ДК, и вот, собственно, и ресторан. Единственный во всем районе источник света. Он занимал первый этаж серой пятиэтажки, и «витриной» выходил как раз на улицу. Вычурные буквы вывески, по идее, тоже должны были светиться, но идея эта давно забылась, так что их было не видно. Просто я и так знал, как они выглядят. Огромные окна были частично занавешены портьерами, а сквозь открытые места просвечивала нынешняя «красивая жизнь». И звучала тоже.

— гремело на всю улицу.

— Мы словно тайные лазутчики во вражеском стане, — с мечтательным видом проговорил очкарик.

— Главное, чтобы не случилась разведка боем, — хохотнул я и взялся за ручку двери. Надеюсь, в таких местах туалет находится до зала. А то наша патлатая компания в этом «дворянском гнезде» новокиневских задворок будет смотреться примерно так же уместно, как смокинг на статуе Ленина.

Тяжелая дверь со скрипом подалась и пропустила нас в «предбанник» ресторана, оформленный вычурным резным деревом. Декор был еще советский, уже изрядно потрепанный. Кое-где на панелях я наметанным глазом увидел даже следы от пуль.

Обшарив взглядом помещение, я с радостью обнаружил нужный значок из двух схематичных человечков — один с прямоугольным тельцем, а второй — с трапециевидным.

— Давайте шустрее, братва, — скомандовал я, указав рукой направление. — Пока они не опомнились.

И группа «Папоротник», потряхиваяхайром, замедленной рысцой пересекла фойе. Под обалделым взглядом сонной гардеробщицы.

— А вы кудааа? — сиреной взвыла она. К счастью, в этот момент дверь за последним музыкантом захлопнулась.

— Сударыня, все в порядке, — улыбнулся я. И вполголоса добавил. — Мы по договоренности с Иваном Степановичем…

— С каким еще Иваном Степановичем? — квакнула она.

— Как, вы не знаете Ивана Степановича? — я округлил глаза.