Книга НИИ особого назначения 2, страница 45 – Саша Фишер

Я застегнул ремень своей плюшки и тряхнул рукой, чтобы она настроилась. Она недовольно пискнула, кольнула меня в кожу иглой, проверяя состояние. И замигала множеством уведомлений.

Ну вот, всего-то на несколько часов ее бросил, а нападало сообщений, как за весь предыдущий месяц.

Так.

Ну, будильник, тренировка, центрифуга в десять тридцать. От Васи-Папая сообщение, насчет «кузнечиков». Кузнечики — это хорошо. В четырнадцать ноль-ноль — встреча с Чепаловым Максимом. Это еще кто?

Я поежился. Ветра не было, но температура явно была минусовой, а одежды на мне явно недостаточно, чтобы…

Я скачками побежал обратно в дом. Взлетел на последний этаж, повозился немного, открывая незнакомый замок, и заскочил обратно в теплую квартиру Веры.

И замер на пороге.

Горел торшер, а сама хозяйка сидела, поджав колени. Плечи ее вздрагивали.

— Эй-эй, Вера, ты чего? — я сбросил тапки, плюхнулся рядом с ней на тахту и обнял за голые плечи.

— Я… Я думала, ты сбежал… — все еще всхлипывая, проговорила она.

— Без трусов и свитера? — хохотнул я. — Вера, я же тебе говорил вроде, что плюшку в машине оставил. Не хотел, чтобы за нами подглядывали. Спустился и забрал вот…

Я почувствовал себя как-то неудобно. С чего бы мне сбегать вообще?

— Все от меня сбегают потому что, — буркнула Вера.

— Так я же вроде не все, — я погладил ее по плечу и поднял руку с плюшкой так, чтобы ей тоже было видно. — Вот смотри, когда мне придется сбежать… В девять тридцать у меня тренировка. Значит уехать мне нужно будет примерно за час до этого.

— Так это же всего лишь тренировка… — проговорила Вера.

— Это для вашего научного оккультизма она — всего лишь, — хохотнул я. — А для нашего отдела — это залог выживания. Рассказать тебе, сколько народу погибло в «тридцать второй», потому что у них не хватило силенок, чтобы перегрузку пережить? Или подтянуться на пальцах?

— Прости, я как-то не подумала, — вздохнула Вера. — А зачем тебе встречаться с Чепаловым?

— Я даже не знаю, кто это, — пожал плечами я. — Плюшка составляет мне расписание, не особо спрашивая.

— Это доктор, — ответила Вера. — Ты чем-то болен?

— Да вроде нет, — я снова пожал плечами.

— Слушай, извини меня, правда, — Вера отвернулась и подошла к окну. — Не знаю, что на меня нашло. Ты можешь чертзнает что про меня подумать. Ты мне просто правда понравился. И когда я проснулась от того, что хлопнула дверь, я подумала…

— Шшшш! — я вскочил, обнял ее за талию и прижал к себе. — Бежать не собирался. И не собираюсь. Честно скажу, планов на дальнейшую жизнь пока тоже не строил и троих совместных детей мысленно на семейных фото не дорисовывал. А что там будет дальше… Ну, увидим.

Она заглянула мне в лицо и улыбнулась. Глаза ее были все еще красные, но это так мило смотрелось. Мне захотелось сжать ее покрепче, и…

Поспать до утра так и не получилось. Крепкий кофе придал мне, конечно, немного бодрости, но день, судя по плюшке, мне предстоял тяжелый, так что надо бы взбодриться чем-то более действенным, чем кофе.

Я вернул машину, послушал, притворно понурившись, короткую нотацию на тему важности режима и графика. По лицу завгара, рабочий день которого только начался, было видно, что сам он режимом и графиком нередко пренебрегает.

Успел заглянуть в столовую, взял еще стакан кофе и какой-то сладкий пирожок. Посмотрел на плюшку. Ага, у меня еще пятнадцать минут, но надо успеть переодеться.