Книга НИИ особого назначения 2, страница 40 – Саша Фишер

В остальном же, здесь было все, что полагается иметь уважающему себя городу — магазины в ассортименте, редакции газет «Вечерний Соловец» и «Соловецкая правда», несколько разного размера заведений общепита, стадион слегка на отшибе, несколько спортивных клубов, парочка школ, загадочное «народное училище номер восемнадцать», городской драмтеатр и три кинотеатра, монументальное здание городской управы и пожарная станция с каланчой конца девятнадцатого века. Даже табличка имелась, что это памятник архитектуры и охраняется государством.

Я остановил свой рыдван рядом с крохотным кафе на самом выезде из города, уже по дороге на базу. Называлось оно бесхитростно — «дорожное кафе номер четыре».

Не то, чтобы мне хотелось есть, в институте я выполнил данное себе обещание и заглянул в роботизированную столовую. Пакет с мясным рагу честно слопал, а упаковку «творожной запеканки с клубничным вареньем» сунул в карман. На случай слишком раннего или слишком позднего подъема. Просто это кафе маняще светило вывеской, и мне захотелось просто попить чайку и поболтать с какими-нибудь случайными людьми. А рядом с этим конкретно кафе темными глыбами высились несколько тяжелых грузовиков. Дальнобойщики явно облюбовали местную парковку для ночевки в перегоне на север. Или обратно.

Обстановка внутри оказалась ожидаемо спартанской — четыре пластиковых стола с такими же стульями, прилавок раздачи и кадка с большим зеленым деревом в углу. Листья настолько яркие, что растение кажется искусственным.

— Стакан чая и порцию блинчиков, — сказал я, после недолгого изучения нехитрого меню. Время было уже нерабочее, так что документы неулыбчивая буфетчица у меня проверятьне стала. Взял деньги и плюхнула на газовую плитку заслуженную сковороду. Почему-то я был уверен, что блинчики в этом месте должны доставать из холодильника и разогревать в микроволновке. Но ничего подобного, все по старинке — женщина зачерпнула половнком жидкое тесто из кастрюли, ловким движением распределила его по всей чугунной поверхности. И от блинного запаха рот мой помимо воли наполнился слюной.

Два столика оккупировали семеро мужичков сурового вида, явно шоферюги. Они прихлебывали чай и обсуждали какой-то особо неприятный участок дороги до Мурманска, где уже полгода не могут доделать ремонт. Еще один столик был пустым. А за четвертым…

— Клим? — девушка оторвала взгляд от книжки и улыбнулась. — Какая удивительная встреча! Что вы здесь делаете?

— Вера? — обрадовался я, с удовольствием окидывая взглядом ее миловидное личико с россыпью веснушек. — Ездил в Соловец по делам, теперь возвращаюсь на базу. А вы?

— Я сюда приезжаю, когда мне надо подумать, — она захлопнула книжку и быстро убрала ее в сумку. Прочитать название я не успел. — А еще тут готовят замечательно вкусные блины, у меня самой такие никогда не получались. А Наташа отказывается мне свой секрет рассказывать!

— Да нет тут никакого секрета! — отозвалась из-за прилавка буфетчица. — Блины как блины! Вот ваша порция, приятного аппетита.

Я забрал тарелку с двумя сложенными вчетверо блинчиками, на каждом из которых таяло по кусочку сливочного масла, а на краю возвышался холмик густой деревенской сметаны. И кружку черного чая, заваренного по-домашнему — заварка в большом заварнике под тряпичной куклой, кипяток — из электрического самовара. Надо же, такая удивительная пастораль! Словно к бабушке приехал. Не понимаю, почему от наплыва посетителей эта стекляшка еще не трещит по швам!