Книга НИИ особого назначения, страница 120 – Саша Фишер

— Что вы себе… — зарычал «серый».

— Капитан Коваль, особый отдел, — перестав кривляться, сказала Настя, выхватив из кармана довольно легкомысленного красного платья красные же корочки. Ткнула ими в развернутом виде под нос кагэбэшника.

— Это не дает вам права… — изрядно сбавив градус возмущения начал «серый», но Настя его перебила.

— Мои права — это не ваша забота, — отчеканила она. — А вот вмешиваться в мою операцию вам совершенно не следовало. И предъявите-ка ваши документы, товарищ Павлов.

Нда, я такую простую фамилию не запомнил, а Настя знает. Причем он-то ее точно впервые видит, по лицу понятно.

— Я с удовольствием побеседую с вами, когда закончу допрос, капитан Коваль, — сквозь зубы процедил «серый».

— Вы его уже закончили, — Настя широко улыбнулась и подмигнула мне. — Я сказала Наталье Игнатовне, что вы уже уходите. И вам лучше поторопиться, потому что через три минуты здесь начнется заседание клуба любителей горлового пения.

— В таком случае, товарищ Вершинин пойдет с нами, — сказал «серый». Правда от железобетонной уверенности в его голосе уже ничего не осталось. Он уже знал, что она ответит.

— Нет, все будет не так, конечно же, — Настя качнула головой, и ее пшеничная коса соскользнула с плеча. — Сейчас вы просто встанете, извинитесь перед Климом за беспокойство, уберетесь отсюда и перестанете мешать нам работать. Я доступно выражаюсь?

— Вы не имеете права отдавать мне приказы! —зарычал Павлов.

— Хотите проверить, имею ли я право применить к вам табельное оружие? — голубые глаза Насти стали похожи на две ледышки.

Несколько секунд «серый» Павлов и валькирия Настя сверлили друг друга взглядами. Павлов сдался первым. Он откашлялся, одернул пиджак и сложил фотографии обратно в папку. Застегнул ее. Посмотрел на меня.

— Приношу извинения за беспокойство, товарищ Вершинин, — сказал он как ни в чем не бывало. Определить по его лицу, что буквально пару секунд назад оно было чуть ли не багровым от бешенства, было уже нельзя. — Надеюсь, наша беседа не была для вас чересчур обременительной.

Оба «серых костюма», без суеты и спешки, прошагали к выходу. Высокая дверь скрипнула, потом хлопнула, закрываясь.

Бравурное выражение с лица Насти пропало. Она вздохнула, потерла виски, будто у нее болит голова, и опустилась на тот же самый стул, где только что сидел Павлов. Посмотрела на меня.

— Чего они от тебя хотели?

Я посмотрел на Настю исподлобья. Зашибись. Даже не знаю теперь, чей допрос пугает меня больше. Тех двоих, похожих, как двое из ларца. «Мы ждем ответа, мистер Андерсон…» Или Насти. Улыбчивой валькирии с ледяным взглядом. Невинно так смотрит, разве что ресницами не хлопает. До каких пределов, интересно, простираются полномочия этой миловидной кисы с пшеничного цвета косой?

— Что такое, Клим? — Настя изогнула бровь. — Ты мне не доверяешь?

— Не те слова, Настя, — сказал я и тряхнул головой. — Как насчет карты на стол, а? Я перестал понимать, в чьей игре я пешка, и меня это несколько… напрягает.

— Боюсь, что ты пока не поймешь, — сказала Настя, и глаза ее потемнели.

— А ты постарайся, — криво усмехнулся я. — Не просто же так тебе выдали убийственно-авторитетные корочки. Объясни уж дебилушке… Вроде же речь шла про то, что вашу лабораторию к особому отделу приписали чисто номинально, не?