Книга Гребень Дяди Нэнси, страница 63 – Саша Фишер

— Что ты делаешь, белый господин? — Прохор не успел заметить, в какой момент лоа Эдна оказалась внутри.

— А на что похоже? — Прохор провел ладонью по вспотевшему лбу. Потом посмотрел на руку и понял, что сделал это зря. Эдна хихикнула. — Выгляжу как шахтер, да, девочка из Сызрани?

— Нет-нет, белый господин… Подождите. Что это? — Эдна отстранила Прохора от двери, пчелки над ее головой засветились сильнее. На облупившейся краске нечетко проступал рисунок. Что-то вроде гроба и креста с множеством клеточек.

— Похоже на какой-то вудуистский знак, — Прохор потер пальцем белую линию. Кусочек сухой краски просто отвалился, никаких спецэффектов не последовало.

— Это веве барона Субботы, — сказала Эдна. — Только будто бы уже недействующее… Почему вы решили крушить эту стену?

— Там капает вода, слышишь? — Прохор приблизилухо к двери. Звук стал еще громче. — Надо чем-то поддеть. Ручку отломали, когда дверь запечатывали.

— Ничего не слышу…

— Да ладно, то есть, у меня ноктюрнетовские галлюцинации, раз даже лоа поддержки не слышит? Но дверь-то ты видишь? На что это похоже? Есть какие-нибудь инструкции, связанные с вот такими вот тайными комнатами?

— Я… Сейчас… Мне надо посоветоваться… — Эдна замерла с широко открытыми глазами, будто заснула наяву. Прохор отбросил колотушку обратно в угол, сжал руку в кулак у пояса и с удовольствием почувствовал в руке кожаную оплетку рукояти кинжала. «Надо будет заказать себе такой же в реальности», — подумал он, вычищая остатки штукатурки из щели между дверью и косяком. Замка или засова не заметно. Значит нужно просто поддеть лезвием, и…

Петли оглушительно заскрипели, дверь подалась гораздо легче, чем Прохор рассчитывал.

За дверным проемом было темно. Звук капель стал почти оглушительным. Прохор принюхался. Знакомый какой-то запах… Резкий такой, довольно противный, горьковатый. Нафталин? Взял со стола уже едва чадящую консервную банку. Шагнул вперед.

— Прохор! Белый господин! — голос Эдны раздавался так, будто она стояла где-то далеко на опушке леса и пыталась докричаться до заблудившегося в чаще Прохора. Тот сделал шаг назад и толкнул ее плечом.

— Что ты орешь, девочка из Сызрани?

— Я спросила, что это может быть за дверь, — Эдна отошла подальше от темного проема. — Это какая-то старая локация. Которую когда-то признали негодной, закрыли и она больше не обслуживается.

— То есть, ты туда зайти не можешь?

— Не могу. И вас не вижу, когда вы там.

— Не понимаю, — Прохор почесал кончик носа. — А почему тогда я могу туда зайти?

— Думаю, это как неудаленный кусочек кода, — Эдна повела плечом, ее платье очистилось от следов пыли и стало красно-оранжевым. — Что-то и как-то еще работает, но уже не в пространстве ноктюрнета.

— А где тогда?

— В пространстве обычных снов. Выйдешь туда, окажешься просто в своем сне. Или не в своем.

— И принести оттуда ничего нельзя?

— Скорее всего, там ничего и нет, — Эдна сделала еще шаг к выходу. — В любом случае, если вы решите туда выйти, то помочь я вам не смогу.

— И чем же эти остатки кода могут быть опасны? — Прохор криво ухмыльнулся. Но на самом деле желание лезть в неизвестнуютемноту явно уменьшилось.

— Физически — ничем, — было заметно, что Эдна тщательно подбирает слова. Плохо разбирается в теме или боится сболтнуть лишнего? — Но в клинику неврозов загреметь можно.