Книга Гребень Дяди Нэнси, страница 29 – Саша Фишер

— Ага. Очень приятно. Я Остап. Я что-то потерялся. Только что разговаривал с клоуном на входе, открываю глаза — и я здесь.

— Синкопа, баг такой. Можешь в техподдержку пожаловаться, когда проснешься, тебе доступ на сутки продлят.

— А если не пожалуюсь?

— Тогда сделают вид, что ничего не было.

— Ясно. Мне что-то не по себе. Что здесьделать надо, чтобы заработать?

— Не проснуться до того, как тебе заплатили, — девушка засмеялась, встала на ноги, уцепившись пальцами за решетку. — С тобой будут делать всякие гадкие вещи, искать страхи и всякие слабые места. Если ты просыпаешься, то деньги достаются зрителю, который руководил ареной в этот момент. А если не проснулся, то деньги твои.

— А если меня убили?

— Это самый крутой исход, тогда кроме оплаты ты еще и страховку получишь. С того же самого зрителя. Он косячник и испортил для всех шоу, придурок кровожадный. На кишки смотреть в бойцовские клубы ходят, а сюда — поржать.

Мне не к месту вспомнились острые зубы во рту смеющегося клоуна. Я вздрогнул. Кажется, я все-таки зря сюда пришел.

— Не парься, раз у тебя синкопа, значит ты вряд ли просто так проснешься. Скорее вырубит в темноту, и все.

— Ну… посмотрим.

— Кир просыпается четыре раза из пяти, и все равно ходит сюда. Хорошо платят, лучше, чем когда какие-то придурки просто в тебя яйцами швыряются.

— Ты давно играешь?

— Второй год, я почти с самого начала здесь, одна из первых гостей Рю-де-Бурбон.

— И тебе до сих пор нужны деньги?

— Нет. Мне просто нравится. Это как челлендж такой. Интеллектуальный поединок. Зритель видит подростка в кигуруми, и начинает всякую фигню подсовывать — мышей, пауков, червей… Голой выставлять под прожекторами. Волосы поджигать. Ну и всякое прочее из подростковых страхов.

— А на самом деле ты не подросток?

— Нет. Мне так-то сорок четыре. Просто у меня текучесть — синий. Возраст я могу любой изобразить.

— Ой, извините… — пробормотал я. Неудобно получилось.

— Да ну, забей!

— А кем вы… ты работаешь? — зачем-то спросил я.

— Клинический психолог.

Ничего себе. Я подозревал, что психологи — это те еще психи, но чтобы вот такое странное хобби… Челлендж у нее.

— И часто получалось, что будили?

— Сначала да. Сейчас… ну, раз десять последних было без сбоев. Два раза убили даже, получилось выбесить своего зрителя до тошноты.

Алиса засмеялась и начала раскачивать клетку. Капюшон-голова Стича упал с ее головы, длинные волосы рассыпались по плечам. Никогда бы не сказал, что она старше пятнадцати, надо же… Текучесть… Что такое текучесть? Это параметр какой-то? Твою ж мать, я как обычно. Начал играть, не удосужившись прочитатьправила. Здесь ведь есть параметры всякие! Реалистичность все время сбивает меня с толку, никак не могу привыкнуть, что в ноктюрнете — это не я. Это похожий на меня персонаж, у которого есть характеристики. И на них можно как-то повлиять. А я их даже не прочитал ни разу. Надо написать в поддержку и спросить, как я могу это сделать…

Мои размышления прервал появившийся на арене конферансье. Номер девушек, менявших платья взмахом вееров закончился, теперь начиналось что-то новенькое.

— Мадам, мсье! Время вызова! В нашей клетке сегодня три жертвы, — провозгласил конферансье в пыльном бордовом котелке и как попало измазанным белым гримом лицом. — Кто из вас готов поставить ваши франки на то, что найдет их слабое место? Чья изощренная фантазия заставить трибуны плакать от восторга и жалости или смеяться от страха и унижения? Кого…