Книга Правда понимания не требует, страница 90 – Саша Фишер

— Она виссен, это совершенно точно! — потрясая кулачком возмущалась старуха. — Не мог же Гелли на самом деле любить такую мерзкую дрянь! Он каждый раз называл ее своим проклятием...

— Так вы снова встретились? — спросил Шпатц.

— О да! Он меня отыскал, помог устроить сына в хорошую школу и купил мне этот дом. Он сказал, что Уна не найдет меня в Альтштадте. Он говорил, что со мной отдыхает от нее. Называл ее своим проклятием. Она точно виссен, я уверена в этом. От нее исходит какой-то дремучий ужас...

Шпатц подавил смешок, вспомнив тонкокостную язвительную старуху, кружившуюся с ним в танце. Подходило ли ей определение «стерва»? О, да...

— Последний раз он пришел после того злосчастного путешествия...

— После полярной экспедиции?

— Да, да. Он был совсем разбит и уничтожен. Принес мне коробку с бумагами, сказал, спрятать их и посмотрел так, будто прощается. Больше я его...

Глаза старухи вдруг потухли. Взгляд стал бессмысленным уголки рта опустились.

— Фройляйн Раймонда? — Шпатц коснулся ее руки.

— Сыночка? — костлявые пальцы схватили его за рукав. — Ты не должен сюда приходить, иначе они тебя тоже убьют! Они следят за моим домом, ты же знаешь!

— Что с вами? Я Шпатц Грессель, фрой...

— Беги, уходи, тебе нужно уходить! — старуха быстро выбралась из-за стола и стала настойчиво теребить Шпатца, тащить и толкать к двери. Шпатц с трудом выбрался из-за стола, подчиняясь ее напору, стукнулся лбом об верхний дверной косяк. Скрипнул засов. Старуха вдруг приблизилась к Шпатцу вплотную, резко обняла, отпрянула и вытолкнула на улицу.

— Фройляйн Раймонда? — Шпатц осторожно постучал в дверь. Но с той стороны не донеслось ни звука. Проклятье... Как теперь запомнить, где ее дом? Вдруг Ауфзес и правда оставил у нее коробку с документами из своей полярной экспедиции?

Преследователей не было. Видимо, побродив по окрестностям в бесплодных поисках Шпатца, они потеряли интерес к охоте и вернулись к своему кислому пиву в таверне на крохотной площади. Шпатц вздохнул и еще раз внимательно осмотрелся.

Дом Сэппеля Вологолака был в точности таким, каким Шпатц его и запомнил — низенькой невзрачной халупой с обвалившейся со стен штукатуркой и пыльной крышей. Правда было одно отличие — новая дверь и ставни, плотно закрывающие единственное окно. Шпатц осторожно потянул за ручку двери. Заперто. Оглянулся вокруг, никого не заметил. Наклонился и внимательно изучил замочную скважину. Посетовал на себя, что все еще не изучил искусство открывания замков шпильками, проволокой и прочими металлическими предметами, хотя Крамм ему и советовал. Подошел к окну. Ставни были прикручены изнутри и закрыты изнутри же на засов. Стекла не было. Шпатц постучал в дверь. Сначала ничего слышно не было, затем раздалось неразборчивое бормотание. Шпатц постучал еще раз, придумывая легенду о том, что он ищет своего дальнего родственника, не знаете ли вы, где проживает... Бормотание стало громче, потом превратилось в заунывный вой, изредка прерывающийся на всхлипы. Шпатц огляделся в поисках чего-нибудь, что можно было бы приспособить к взлому двери. Вой замолк, снова перешел в бормотание.

— Привидение слушаете, дядя? — Шпатц вздрогнул от неожиданности и оглянулся. Рядом с ним стоял пацан лет десяти.Босой, в обтрепанных штанах и грязной рубахе с подвернутыми почти до подмышек рукавами. — Там убили виссена, а теперь его призрак воет. Не надо туда заходить, а то он вселится, и ты тоже станешь виссеном.