Книга Правда понимания не требует, страница 100 – Саша Фишер

Эбнер самодовольно улыбнулся.

— Я вас понимаю, герр Шпатц, моя сестрица — особа взбалмошная. Я рад, что вы оказались достаточно умны, чтобы обратиться напрямую ко мне. Так что вам удалосьузнать.

Шпатц щелкнул пряжкой портфеля и извлек неподписанную папку и положил ее на стол перед Эйхендорфом. Тот погрузился в чтение. Шпатц смотрел, как он шевелит губами и водит пальцем по странице. Подавил в себе желание усмехнуться. В конце концов, этого Эбнера он видит второй раз в жизни, нет ничего проще, чем наклеить ярлык «дурак», а потом попасть в идиотскую ситуацию, потому что недооценил противника. Он все-таки вервант, хоть и из таких, про которых даже престарелый фельдфебель на воротах готов сплетничать с первым встречным.

— То есть, вы утверждаете, что ни в каких политических заговорах он не замешан, я правильно понял?

Шпатц кивнул. Потом подумал и добавил:

— Я бы не стал на это ставить, герр штамм Эйхендорф, мое расследование еще не закончено. Не далее, как сегодня я беседовал с герром редактором, и он пригласил меня составить ему компанию в загородной поездке. Но это состоится только на следующей неделе. Сегодня же я оказался поблизости от лагеря фолкскриг и счел, что можно воспользоваться оказией и передать вам те сведения, которые мне уже удалось узнать.

— Вот же хитрый жук, — Эйхендорф взял одну из фотокарточек. Потом пролистал еще раз страницы в папке.

— Это вы обо мне, герр штамм Эйхендорф?

— Нет-нет, герр Грессель, — Эбнер хохотнул. — Ну что ж, вы выполнили часть работы, думаю, будет справедливо, если я поделюсь с вами некоторой частью интересующей вас информации.

— Я весь внимание...

Из сбивчивого и путаного рассказа Эбнера Шпатцу удалось понять не так много, как хотелось бы. Несколько лет назад Дедрик штамм Фогельзанг был уличен в очень серьезном преступлении, за которое его по вейсладнским законам должны были казнить. Но в дело вмешался кайзер и приговор отменили, отправив его под домашний арест. Подробностей дела Эбнер не знал. Семья Фогельзангов разговоры о Дедрике старательно пресекает и делает вид, что старика не существует вовсе. Как, впрочем, и остальные верванты. Впрочем, сам он нисколько не скучает по чопорной родне и их окружению, живет в настоящем дворце с огромным штатом прислуги и продолжает заниматься всяческими темными делами. Поговаривают про наемные убийства и торговлю людьми. В ответ на уточняющие вопросы Шпатца, Эбнер сделал значительное лицо и туманносообщил, что приберег подробности для следующей недели.

— Давайте оставим самое вкусное на следующую встречу, герр Грессель, — Эбнер закрыл папку Лангермана. — Надеюсь, у вас тоже получится меня порадовать настоящим компроматом на нашего скользкого редактора.

Шпатц остановил мобиль рядом с конторой и привычно окинул взглядом площадь. Было многолюдно, как, впрочем и всегда в этот час. Если ранним утром большинство местных обитателей спешили на работу, то ранним вечером они уже никуда не торопились, останавливались поболтать с соседями и обсудить свежие новости. Здесь на площади очень не хватало уютной пивной. Хорошо бы тот человек, что затеял ремонт в угловом доме открыл в подвале погребок вроде Фрау Вигберг, с черным пивом и жареным мясом. Шпатц понял, что голоден. Решил заглянуть в контору, проверить на месте ли Крамм.