Онлайн книга «Мародер без диплома»
|
А вот идти стало резко менее удобно. Если у верхнего тоннеля пол был бетонным и ровным, ступени были из гладкого камня, то здесь неровным было все — стены, вырубленные, кажется, чуть ли не кирками, такой же пор, по которому проходили рельсы для вагонеток, а шагать по их шпалам оказалось такое себе удовольствие, Если шагать мимо шпал, то нога попадала на гравий. Удобные у меня были кроссовки… Но что-то у меня возникло подозрение, что пока мы доберемся до поверхности, они превратятся в лохмотья. И придется мне, как и большинству здесь, раздобыть себе кирзовые сапоги. Я посмотрел на Бюрократа. Вот уж кому точно было хуже, чем мне. Его городские ботинки даже на вид были неудобные, а учитываятравмированную лодыжку… — Может, передохнем? — спросил Бюрократ, как будто отзываясь на мои мысли. — Нельзя, светильник сдохнет, — Гиена помахал пока еще светившей, но уже начавшей темнеть на концах палочкой. — Хрен его знает, сколько нам еще топать. — Я бы все-таки заглянул вон туда, — Бюрократ ткнул рукой куда-то влево. Гиена сделал шаг в ту сторону и вытянул руку с светильником. В стене шахты зиял темный провал, вдоль стен которого тянулись изгибы старых труб. На стене рядом с нишей крупными белыми буквами было намалевано: БАР «ТРИ СВЕРЧКА». И пририсован жук с длинными усами. Ниша была довольно обширной. При желании здесь легко разместились бы, сидя на трубах, человек, наверное, двадцать. Судя по многочисленным надписям на стенах, когда-то они это даже делали… — Похоже на какое-то традиционное место отдыха… — сказал я. — Чем-пи-он на ва-го-нет-ке… — прочитала Натаха. — А имя прочитать не могу, тут стена осыпалась. — А это как будто буква «М», которую положили на бок, — Гиена провел светящейся палочкой вдоль стены. — И тут их много, будто разные люди рисовали зачем-то… — Скорее всего, это греческая буква «Сигма», — сказал Бюрократ. — В прошлом веке ей часто пользовались как неофициальным символом ученого сообщества. — Вроде бы на стене реакторной была нарисована такая же, только большая, — сказала Натаха. Хм, надо же, а я и не заметил… Хотя припоминаю. Как-то не приглядываешься к рисункам на серых кирпичных стенах. Это настолько привычный холст для граффити, что удивление и недоумение вызывает скорее ситуация, когда их там нет. — А вот тут не по-русски написано, — я провел над стеной ладонью, смахивая пыль и паутину. — FUMIUS. Давно написано. И даже скорее не написано, а выбито… — На латыни это значит «мы были», — перевел Бюрократ. — А что-то еще там рядом есть? Рисунок какой-нибудь? Он подошел ко мне и стал очищать стену под надписью. Кусочек засохшей грязи отпал, и под ним обнаружился схеметичный контур башни с островерхой крышей и глазом на том месте, где обычно бывают часы. — Надо же, как интересно, — Бюрократ поманил Гиену поближе. — Это очень похоже на знак «Брюсовой академии». — Все это страсть как интересно, — недовольно пробурчал Гиена. — Но может у кого-то из вас есть идеи, чем мы будем светить себедальше? — Если здесь было место привала или что-то подобное, может тут где-то должен быть тайник? — сказала Натаха, заглядывая в пространство между трубой и стеной. — Припрятанная бутыль с ламповым маслом или что-то подобное… — Кажется, здесь уже очень давно никто не проходил, — сказал Бюрократ. — Даже самые свежие надписи выглядят очень старыми. |