Онлайн книга «Красный вервольф 3»
|
Доказывать, что я свой — бесполезно. Любой полицай, если прижать, такую песню петь будет. Да и не привык я пощады просить… Обступили с трех сторон. Умно. — А ты верткий, дядя, — ухмылялся комсорг. — Но тем интереснее… Напали разом, как стая волков. Я отступил,держась спиной к проходу, чтобы в угол не зажали. Подловил одного на выпаде, свалил его кулаком в челюсть. — Ах, ты контра! — прошипел комсорг, наступая. Упавший шевелился, но к продолжению боя явно не был готов. Осталось двое. Комсорг взял в руку обломок кирпича. Понял, что кулаками со мной не сладить. Эх, нечестно же так. Я схватился за обломок доски. Кирпич просвистел возле уха. Хлоп! — припечатал доской по плечу коренастого напарника комсорга. Бил не ребром, а плашмя, чтобы руку отсушить, но не сломать. Коренастый завыл и отступил на пару шагов, держась за отшибленное плечо. Комсорг снова подобрал кирпич. Вот ведь настырный какой. Бам! — кинутый в меня кирпич впечатлялся в доску, которой я прикрылся, как щитом. Мой черед. Махнул доской по длинной дуге. Пытаясь достать противника. Но комсорг присел, и швырнул мне в глаза горсть земли. Вот сука! Я махал доской, пытаясь проморгаться. Краем глаза видел, что тот с «отсушенной» рукой уже тоже перешел в наступление. И по примеру командира с кирпичом. Хотелось без крови, но видно не получится. Нащупал заточку и почти вытащил ее уже из сапога, как почувствовал, что кто-то схватил меня за ноги со спины. Бля! Это тот, что на земле валялся — очухался. Вцепился в мои сапоги, как клещ. Я замешкался на долю секунды, размышляя в какое место ему воткнуть заточку, чтобы не убить, но неожиданно получил чувствительный удар по голове. Даже не понял, чем. Поплыл, в глазах круги. Доска выпала из рук, но я все еще стоял на ногах. «Клещ» уже переместился выше. Обхватив меня за колени, качнул. Я пошатнулся и потерял равновесие. Не устоял и завалился на спину. Вовремя — там, где только что была моя голова снова просвистел увесистый кирпич. Вот блин, чуть не зашибли, сволочи. В голове крутилась гаденькая мысль: «Какая глупая смерть погибнуть от рук своих же…» Но я не погиб. Воспользовавшись тем, что после прихода по голове, я немного пребывал в коматозе, на меня навалились все разом и скрутили. Связали за спиной руки моим же брючным ремнем. Умело так стянули, хрен высвободишься. — Зря вы, мужики, — проговорил я. — Заткни хайло, падла! — прошипел коренастый. Он повернулся к комсоргу: — Филат! На хрена он нам сдался! Камушком по темечку и прикопаем. А? — Допросить его надо сначала обстоятельно, —хмурился лидер. — Явно давно на немцев работает. Не вчера переметнулся. Кое-что знает. А потом уже прикопаем. Вставай! Ну… П-шел! Меня куда-то грубо потолкали, завязав глаза. Несколько раз наткнулся на что-то твердое. Бетонная крошка больше не хрустела под ногами, в лицо дыхнуло подвальной сыростью и могильным холодком. Ага… В убежище свое меня потащили. Теперь надо думать, как переговоры грамотно вести. Слава богу, тяму у них не хватило досконально меня обыскать. Заточка еще при мне, грела душу. Надо было сразу ей воспользоваться. Хотел, как лучше, а получилось по башке. Повязку с моих глаз стянули. Керосинка на перевернутом ящике отбрасывала робкие отблески на бетонные стены, чуть прижав полумрак по углам подвала с низким потолком. Вверху трубы, под ногами земля. Мы, очевидно, под развалинами какого-нибудь жилого дома. Убежище подпольщиков и кто они там, хрен разберешь. После того, как коренастый предложил меня прикопать, я уже сомневался в их «партийном происхождении». |