Книга Красный вервольф 2, страница 82 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

Бочком приблизился к одной из комнат, борясь с желанием заглянуть внутрь. Потом кое-что придумал. Снял с себя куртку и вытянул ее на руке в проем. В темноте сойдет за силуэт. Ноль реакции. Ага. Щас следующую комнату так проверим.

На цыпочках прокрался к другой комнате. Под ногами предательски скрипнула половица. В полной тишине громко резанула по ушам. Твою мать! Как же не вовремя. Или вовремя? Если он там, пусть знает, что я иду, а я снова шмотьем потрясу в проеме.

Так и сделал. Снова вытянул руку с курткой. Расправил ее так пошире, чтобы смотрелась поплечистее и фигуру человека напоминала.

Бах! Бах! — выстрелы грянули один за другим, всколыхнув мою куртку. Я одернул руку, чуть не выронив шмотку. Нож не удержал, тот, жалобно звякнув, закатился куда-то. В куртке две дырки. Бл*дь! Хреново дело!

— А-а-а! — протяжно застонал я, будто меня подстрелили и громко топнул, изображая падение своейраненной тушки на пол.

А сам в это время скользнул к противоположной стене. И пригнулся в темном углу. Вот из черноты комнаты показалась рука с пистолетом. Длинная, как жердь, не зря ее обладатель Оглоблей зовется. За рукой показалась долговязая фигура. Вот только на оглоблю не очень похожая. Рост баскетболиста, но не тростинка вовсе. И в плечах, судя по силуэту, незнакомец широк. Не оглобля, а оглоблища целая.

Фигура осторожно направилась к тому месту, откуда я кричал. Там на полу валялась черным пятном лишь моя куртка. Противник понял, что его взяли на понт, но было поздно.

Р-раз! Я подскочил сзади и схватил руку с пистолетом. Вцепился, как бультерьер. Вывернул ее, пытаясь сбросить оружие. Отточенным движением крутанул захваченную кисть наружу, но… Что-то пошло не так. Враг был начеку и мгновенно среагировал. Резко развернулся ко мне, не давая выкрутить сустав, будто знал мой приемчик в совершенстве и как от него спасаться. Бам! Я тут же врезал ему коленом поддых, руки-то заняты, пистолет никак нельзя выпускать.

Но чертов долговяз оказался слишком высок. Колено ударило в середину бедра. Не то что до живота, даже до «фаберже» не достал. В ответ получил удар головой. Искры из глаз, будто ослеп на миг. Но пальцы не разжал, а висел на руке, как клещ, крутил, пытаясь заломить. Но чертов пшек оказался могуч и жилист. Приподнял меня и хряпнул о пол. В последний момент я успел сгруппироваться, чтобы не растерять почки. Приложился о доски чувствительно, но не смертельно. Зато получилось руку рвануть так, что пистолет все-таки выпал. Уже лежа на полу, я попытался схватить оружие, но противник пнул по пистолету, и тот улетел куда-то в черноту комнаты. Сам не успел поднять и мне не дал, сука!

Бам! Там, где только что была моя голова в половицу впечатался ботинок размера, как минимум сорок пятого. Но я успел откатиться и вскочить на ноги. Морды Оглобли не видно, лишь покачивающаяся, как мачта, несгибаемая фигура. Гад молчал, отчего казался еще более зловещим и мистическим. Франкенштейн, блин… Ну, тогда я Ван Хельсинг. Получи, нечисть! Я сходу зарядил ему ногой в живот. Прямым ударом, когда тот атаковал.

Бам! Удар получился отличный, но я сам отлетел чуть назад. Все-таки по массе значительно отставал. Оглобля тоже откатился и захрипел. Ага, сука! Не нравится.Но верзила все же устоял на ногах, а я прикидывал, как достать до его морды кулаком. Высоковато будет. Хорошего удара не выйдет, сначала на колени нужно его поставить.