Книга Красный вервольф 2, страница 124 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

— Все! Приехали. Радиатор пробит! Дальше пешком.

Сзади раздалось характерное тарахтение мотоциклетного двигателя. Твою дивизию! Все-таки погоня за нами образовалась…

Я спешно обшарил сдохший «Опель», но ничего полезного не нашел. Жаль… Один ТТ на двоих — так себе вооружение.

— Уходим! — скомандовал я, но тут же услышал приглушенные расстоянием выстрелы.

Они доносились откуда-то слева, совсем не там, где мы напоролись на отделение мотоциклистов. Обложили! Промелькнула поганая мысль, но потом понял, что стреляют явно не по нам. Где-то идет бой. План в моей голове сразу круто поменялся. Если недалеко замес, то вряд ли нас будут преследовать по ночному лесу. Получается, что приближающийся звук мотоциклетного двигателя — не по нашу душу. Сколько там осталось в живых после работы гранатами? Максимум пара-тройка человек. Их можно попробовать и с одним пистолетом ликвидировать.

— Прячься, — махнул я Генриху и сам залег в кусты на обочине.

Через минуту из леса показался луч фары. Мотоцикл поравнялся с нами. Один! Он один и даже коляска пустая. Удачно-таки я лимонки швырнул.

Вот фриц уже почти проехал мимо. Я вскочил на ноги и, уже не прячась, расстрелял его в спину.

Мотоцикл крутанулся и зарюхался в кусты, а седок охнул и свалился в траву. Мы подбежали к убитому, но он оказался еще жив. Пытался схватится за висевший за спиной автомат, но я мигом наступил ему на горло и выдернул из рук оружие.

— Куда направляешься? — спросил я по-немецки. — Что там находится? — махнул я в сторону доносящихся выстрелов.

Фриц хрипел, истекая кровью. Вот-вот коньки отбросит. Я убрал ногу с горла и повторил вопрос.

Фашист испуганно таращился и лепетал какую-то молитву. Для разговорчивости, я ткнул стволом автомата ему по зубам.

— Я из отделения охраны лагеря Аненербе, — проскрежетал пленный. — Там мы ведем раскопки.

— Ясно… Спокойной ночи.

Хрясь! Я размозжил ему голову тыльной частью автомата, метясь сразу под каску. Уже и так нашумели, не стал больше стрелять. Спешно обыскал, забрал документы, русские рубли, запасной магазин, фляжку.

Пистолет вручил Яге, а сам вооружился автоматом. Вот так-то веселее будет.

— Ты куда? — встрепенулся напарник, увидев, как я углубляюсь в чащу, откуда доносилась канонада. — Там опасно…

— Ясен пень, что не светский прием, — буркнул я. — Пойдем проверим. Кажись, наши тоже там. Может, помощь потребуется.

— Тебе сказали доставить меня в отряд, — проблеялшпион.

— Не ссы, прорвемся. Шевели колготками, — с этими словами я нырнул в чащу.

Через минут десять быстрого хода мы выбрались на поляну. Картина маслом. Кругом траншеи и странного вида квадратные ямы, но не окопы. Горящие брезентовые палатки. Грохот выстрелов. По фрицам палят из леса. Их немногочисленные остатки залегли в одной из траншей. Кто-то пытался обойти немцев с фланга, но фрицы подавляли такие поползновения на корню огнем из пулемета.

У меня они, как на ладони. Добрый вечер, к вам в гости дядя Саша пришел. Тра-та-та-та! Я полоснул очередью пулеметчика и его помощника, который готовил ленту. Бах! Бах! Рядом мне в поддержку загавкал «ТТ» Яги.

Пока немцы сообразили, что по ним стреляют со спины, мы успели положить с десяток фрицев. Остальные три калеки бросили оружие и вскинули руки.

— Не стреляйте! Не стреляйте! — голосили они вразнобой. — Мы сдаемся!