Книга Чужой наследник 7, страница 49 – Данил Коган, Саша Фишер

— Жить будет. Но хреново и недолго. Да шучу, я, Олег Витальевич. Не надо такое лицо делать. Я его стабилизировал. Но жизненные показатели слабые. Истощение серьезное. Вам нужен спец по аурным болячкам, я в этом разбираюсь слабо. Физически он в порядке. Проблема в том, что он аметист и мне с ним работать очень сложно. Все же у наша сила противоположна по сути. Давайте вашей рукой и боком займусь.

— Да ладно…

— А ну-ка споры прекратить! Или я, вон, попрошу Карла Августовича вас спеленать. Что за мальчишество? Руку к осмотру!

Я сдался перед этим напором. Гольц за работой, как тот бульдозер. Зерг остановишь.

К его досаде сразу справиться с моими ранениями у него не получилось. Края ран были поражены Хмарью. И хоть я не пустил отравление дальше, пришлось срезать отравленную плоть, чтобы заняться нормальным восстановлением. Гольц при этом ворчал, как старая бабка:

— Надо без обезболивающих было делать процедуру. Чтобы кое до кого дошло что авантюры для главы рода недопустимы. А то… — Бу-бу-бу-бу.

Но бухтеть бухтел, а обезболил раны, прооперировал и срастил их он мастерски. В конце концов даже выдал что-то вроде похвалы:

— В вашем возрасте Олег, не многие могут так спокойно наблюдать, как их по живому режут. Вы какой-то вообще непрошибаемый. Ладно. Гольц сделал свое дело, Гольц может уходить. Ко второму пациенту. Вы все-таки поищите специалистапо аурным истощениям. К драгоценной госпоже Агате, тетке моей, обратитесь, у вас вроде неплохие отношения. Она пациентов давно не берет, но для вас может сделает исключение.

— Спасибо, Михаил. Утром ей позвоню обязательно. — Ответил я осматриваю гладкую кожу на левой руке.

В тонкой моторике кисть потеряла, я это чувствовал. Но целитель сказал, что это явление временное. новые мышцы придется разрабатывать. Не добавил: «поделом тебе идиоту», — но в глазах это прямо читалось бегущей строкой. Целители они такие. Ранения пациентов воспринимают, чуть ли не как личное оскорбление. Мол ты здесь дурью маешься, а доктор потом чини-латай.

Когда за целителем закрылась дверь, Карл Августович присутствовавший при процедуре безмолвной тенью кашлянул:

— Хм. Может я не вовремя со своим вопросом, Олег?

— Да давайте уже без предисловий, Карл Августович. Выпаливайте.

— Вот мы поймали эмиссара. Что вы с ним намерены дальше делать, Олег. К чему был такой риск, если мы его даже из ящика достать не можем, он сразу сбежит.

— Ну. Во-первых, эмиссаров всего четверо. По крайней мере я столько насчитал, да и четыре священное число у этих дегенератов. То, что мы просто вывели из строя такого калибра фигуру, уже хорошо.

Августович скептически хмыкнул. Едва едва, но я услышал.

— Во-вторых, — не обращая внимания на скепсис собеседника, продолжил я, — этот эмиссар, кого надо эмиссар. Мой род и я были именно его проектом. Сомневаюсь, что у остальных в ближайшее время дойдут до меня руки. Так что уровень угрозы роду мы снизили. На какое-то время.

— Отрадно, если это действительно так. — Рассудительно сказал мой начальник СБ.

— Думаю так и есть. В-третьих, у Богдана были какие-то идеи по поводу того, как с ним дальше взаимодействовать. Но Богдан — сами видите… Недееспособен пока. Так что будем держать этого урода в саркофаге, пока Богдан не очнется и не сможет нормально работать.