Книга Чужой наследник 7, страница 30 – Данил Коган, Саша Фишер

— Хотелось бы услышать правдоподобную версию того, как это получилось? Как знаменитый Арлекин, чье имя наводило ужас на ограненных Империи, стал Олегом Строговым.

— Я бы сказал, Ваше Величество, стечением обстоятельств. Но я понимаю, что такой ответ вас не устроит.Вы же знаете предысторию отношений наших семей?

— Мои предки свергли твоих предков с престола. Главу клана заставили принести прямую клятву верности моему роду. Клятву, распространяющуюся на потомков. Ты служил моему прадеду в качестве телохранителя и карателя. Все так?

— Все так, Ваше Величество.

— Я не чувствую клятвы. По идее, сейчас, когда ты рядом со мной, она должна была активизироваться.

— Клятвы больше нет. Мы с моим другом Эдуардом Игнатовым придумали, как обойти ее условия. Вернее, Игнатов вместе с одним из сильнейших ограненных клана Аметист создал артефакт, в который после смерти должна была перейти моя душа. Но в отличие от филактерий личей, этот артефакт был лишь временным хранилищем. Предполагалось, что я умру, душа переместится в артефакт. Люди Игнатова предоставят тело кататоника, в которое я вселюсь, свободный от обязательств.

— Ага. Вселишься и что дальше? Месть?

— Зачем? — Я позволил недоумению проявиться на лице. — Кому отомстить? Человеку, который был моим повелителем и… наверное, другом? Тогдашний мир был куда больше нынешнего, Ваше Величество. Было множество стран, помимо Драгоценной Империи. Я собирался просто жить своей жизнью. Я был стариком. Одиноким стариком. В конце концов, Император мог сковать себе новый стилет. А этот — я коснулся груди кончиками пальцев, — затупился. Впрочем, не скрою. Возможно, полностью уничтожить мой клан и камень было бы лучшим решением тогда. Я считал положение своего клана несправедливым.

— А сейчас?

— А сейчас клана нет. Клятвы нет. У меня новая жизнь. Империя в далеком прошлом. Там же похоронены мои враги, друзья, обиды и негодование. Я не претендую ни на что, кроме прочного положения в Ожерелье. На службе ему. И вам, Ваше Величество. Но, — я чуть не перебил Шуйского, тот нахмурился, но спустил мою дерзость, — я бы хотел сам выбирать характер этой службы.

Император потер свой квадратный подбородок. Вообще, все Шуйские всегда были такими… угловатыми. Квадратно-амбразурными. Василий Александрович был похож на своего прапрадеда. Человека, который сделал меня шутом своего сына. Впрочем, сходство было не портретное. Однако общие фамильные черты проглядывали явственно.

— Я так понимаю, с вашей затеей со вселением, вышла какая-то промашка. — Ровно спросил он.

— Промашка. Длинойв четыреста лет, Ваше Величество. Я не знаю, что пошло не так. Хотя предполагаю, что виной Выплеск. Возможно. Так или иначе, люди Игнатова не пришли. А мою гробницу засосала Хмарь. И выплюнула ее во время очередного прилива в окрестностях Алого Рассвета. Там артефакт с моей душой нашли местные ребятишки. Кирилл — мой теперешний младший брат принес медальон в форт. В этот же день состоялось покушение на его родителей и брата. Я пытался помочь Олегу — но он умер. Я ничего не смог сделать. И занял его мертвое тело. Вот и вся история, Ваше Величество.

— Умер? — Лицо императора исказила неприятная усмешка.

— Клянусь Силой, Ваше Величество. — Аура вспыхнула вокруг меня. Даже браслет не сдержал. — Я не причастен к его смерти. Я пытался помочь ему. Но я опал. Не аметист и не турмалин. Я не смог.