Книга Чужой наследник 7, страница 111 – Данил Коган, Саша Фишер

— А откуда у него такие сведения, — презрительно скривившись спросил генерал. — Никто в красную зону не совался никогда.

— Ну у него есть два вида доказательств. Математический расчет и философские рассуждения о природе Хмари. Расчет основан на том, сколько занимают серая, желтая и оранжевая зоны. Вы же в курсе, чем выше интенсивность Хмари, тем зона «короче».

— Это все знают.

— Ну вот, а он просто рассчитал коэффициенты и на их основе вывел «толщину» красной зоны. Благо ее интенсивность известна.

— Так нам получается делов на три минуты? Зайти и выйти? — Бальмонт покрутил ус и усмехнулся.

Я промолчал, но настроение генералу, кажется, поднял. Взглянул на наш героический отряд сверху.

Три Исполина уверенно катились вперед, образовав «пирамиду» направленную параллельно Хмари. Вокруг почетным караулом выстроились наши самоходки. Всего в поход вышло десять боевых машин.Три отделения по три штуки. И гаубица. Натурально здоровенная пушка сто пятьдесят миллиметров, на шасси. Наш ответ фоморам.

Надо сказать, что Исполины и сами вовсе не были безоружными. Их тоже утыкали артустановками, автоматическими минометами и лучевиками, как ежа иголками. Не говоря уже о том, что среди пилотов никого младше старшего мастера не было. Как и среди «простых артиллеристов».

На борту «Громовержца» стояли заряженные и готовые к бою тридцать легких мехов. По пятнадцать с каждой стороны. Мой был приписан к отдельной группе — группе разведки, а в случае общего боя приписывался к гаубице, как наводчик. Но пока лучшим разведчиком был сам «Громовержец».

Наши Исполины всем хороши. Но они тихоходы.

Надо понимать, что мы не пошли строго перпендикулярно форту в неизвестность. Нас вел компас дедушки Стивена. И он показывал он куда-то на юго-восток от форта. Работал он только в моих руках, что добавляло геморроя.

Чтобы выйти на прямую линию к красной зоне, нам следовало пересечь довольно большой кусок серой, идя параллельно окраинам Ожерелья. Поэтому мы часов восемь плелись по серой зоне.

За эти восемь часов мы преодолели едва двести пятьдесят километров. До следующего форта оставалось примерно столько же. Стрелка медного компаса медленно отклонялась к югу.

И наконец старания наши были вознаграждены. Черная надпись «Finis» и черная стрелка, указывающая направление, повернули точно на юг. Ну насколько вообще мог быть точен этот артефакт.

Если кто-то представлял нашу экспедицию как некий метафорический рывок для всего Ожерелья, то для нас этот рывок оказался сильно затяжным. Серая зона считалась «условно безопасной». За восемь часов нам не встретилось ни единой твари. Только несколько точек в сером небе сопровождали нашу колонну.

Перед заходом в желтую зону генерал объявил общую остановку. Это только кажется, что восемь часов в гремящей коробке, за рычагами или у смотровых перископов — легкая прогулка. Люди устали.

Да и ученым требовалось спуститься и поработать на земле. Пробы почвы, образцы растительности. Измерение фона.

Самоходки заняли защитное построение.

Экипажи сменились.

Наш Громовержец опустился к земле, чтобы исторгнуть из себя группу ученых и дежурную смену пилотов легких мехов и чистильщиков. Я был среди них.Нестройною гурьбой мы устремились к «Двойке», в которой была оборудована столовая.