Книга Чужой наследник 2, страница 48 – Данил Коган, Саша Фишер

— Как выясняется, не единственный. Хм. Измененный. С мозгами у тебя вроде все отлично. Очень грамотная речь. И ты вообще единственный из вашей милой компании, кто всерьез ответил на мой вопрос об исчезновении Хмари.

— Я еще подумал тогда, в каком лесу ты всю жизнь провел, если про Сути не в курсе. Прости. Но вопрос был интересный.

— Ты бы удивился. Дай угадаю, — не дал я увести разговор в сторону. — У тебя дуальная калетта. Тоже наверное результат Изменения. Поэтому тебе сказали, что развитие граней в твоем случае невозможно.

— Так и сказали. Прям вот этими самыми словами. Ты же не хочешь сказать, что они ошибаются? — в его разноцветных глазах на миг вспыхнула безумная надежда.

— Честно? Не знаю.Это зависит от очень многих факторов. Потенциал развития у дуалов сильно ограничен. Обычно проводить огранку просто нет смысла. Хм, — я вспомнил что в Ожерелье гранят вообще всех подряд, кривых, убогих и тупых. Здесь половина населения ограненные, включая портовых грузчиков! — Плюс это реально опасно для дуала. Чуть что пойдет не так, конфликт в калетте, и твое Изменение покажется милой безобидной шуткой природы. Овчинка выделки не стоит. Но, невозможно? Это недостоверная информация. Или, по простому, зергежь!

— Знаешь, ты совершенно не похож на того Олега Строгова, которого я помню по школе. Куда-то сдуло твое высокомерие, типа: «Я будущий сапфир — гранд магистр, а вы все говно!». У тебя другие жесты. Словечки эти, зерги. Вот в том, как ты о гранях говоришь, много от прежнего Олега. Крепко тебе видать по голове тогда прилетело! Прости!

— Ээээ… — Зерг! Зерг! Зерг!!! Палюсь. А сколько еще знающих Олега людей заметят такие резкие перемены? Пора паниковать? А, ладно! — Не только по голове. Думаешь просто, вот так сразу поменять всю жизнь, и не измениться самому?

— Я тоже так подумал. Хотя зерг этот. Я нырял в локу, там ничего про это словечко нет. Забавно. Может какой-то постэффект от травмы. Типа нормальное слово, но нейроны путают звуки. А может в паутине есть чего, но у меня, конечно, нет доступа. Прости. Отвлекся.

— Монстр это такой. Был. Магический. Извели их под корень еще при Драгоценной Империи. Слишком быстро плодились сволочи. И всю доступную биомассу выжирали. Забавное словечко. Прицепилось что-то.

— Я еще заметил, что ты УТР зиккуратом называешь. Но ведь зиккурат это ступенчатая пирамида, а УТР гладкая…

— Аааа! ЗАНУДА! Как хочу, так и называю! У меня свои собственные сложные ассоциации! Замяли короче. Давай обратно к делу.

— А, да. Давай. Прости.

— Всегда извиняешься, когда ни в чем не виноват?

— Прости. Привычка. И что значит, не в чем не виноват? Я всегда в чем-нибудь да виноват! Прости, тебе до этого дела нет.

— Так. Все же, к делу. Насколько хорошо ты разбираешься в бухгалтерии, финансах? Биржах, разнице цен и вот этом всём? Я понимаю, что тебе семнадцать…

— Мне почти девятнадцать. Прости. Я же после того всплеска два года провалялся. Все думали, душу Силе отдам. Но я упорный. Я не сдался. Но учился со школотой, младшеменя на два года. Это добавляло веселья. Им, — он стиснул свои короткие кривые пальцы в кулаки. — По поводу бухгалтерии. Я уже два года занимаюсь учетом всех денежных потоков и товарооборота рода Здоровых. Как помощник, конечно. Глобальные рынки для меня пока темный лес. Прости. Я наверняка не то, что тебе нужно.