Книга Изгой рода Орловых: Ликвидатор 1, страница 110 – Данил Коган, Саша Фишер

Как говаривал мой отец: «Больше бумаги, чище задница». К виртуальной документации это тоже относится в полной мере. Тем более, учитывая то обстоятельство, что по имперским регламентам хранение основных документов на бумажном носителе было обязательным.

— Не обещаю, что отвечу на все. — В тон Волкову ответил я.

Он глянул на меня с легкой усмешкой. Прям как мать на нерадивого отпрыска. Ну или чемпион секции по боксу на хвастливого неофита.

— Иногда молчание красноречивей слов, Алексей Григорьевич. Но я не собираюсь лезть вам в душу или допытываться родовых тайн. Вопросы будут чисто практического характера и относительно ваших действий во время инцидента. И вот первый из них. Что сподвигло вас броситься к черному ходу без приказа?

Я мысленно поморщился. Во время официальной части опроса Волков мою странную инициативность деликатно обошел стороной. В его распоряжении были записи наших переговоров и камер тактических комплексов, так что не заметить эту ситуацию он не мог.

— Я решил, что милицейского патруля будет мало, чтобы сдержать возможную попытку прорыва. А объяснять времени не было.

Широченное лицо коллежского секретаря расплылось в гримасе недоумения.

— Вы впервые прямо солгали мне, Алексей Григорьевич. И по столь незначительному поводу? Я в замешательстве.

— Вы что, до сих пор детектор свой не отключили? — Не сумев скрыть досады, буркнул я. Я не солгал. Просто переиначил правду. Мой дар на это не среагировал. А Волков — да! Досадно! — Так его данные даже во время официального допроса к делу не пришьешь.

— Мне не нужен детектор. Я ментат, может, слышали о таких? Вижу, слышали.

Я мог не знать, как включать микроволновку, но о магии вероятного противника имел познания довольно обширные. И, да, я знал ктотакие ментаты. Специфичные ребята, которых научились тренировать в Римском Понтификате. Магия высших ступеней там под запретом для всех, кроме имеющих церковный сан. А еще под запретом нейроимпланты, как «оскверняющие божье творение». Но они научились делать из физиков, не прошедших посвящение стихиям, таких вот ребят. Абсолютная память. До предела развитое восприятие. Мощнейшие аналитические способности, переходящие в начальные ментальные умения, вроде чтения эмоций. А также возможность коннектиться с периферийными устройствами, почти как у техномантов. Волков считывает, как открытую книгу, мелкую моторику собеседника, которую в принципе невозможно контролировать без соответствующих заклинаний или алхимии. Так что даже косвенно соврать ему не получится. Не на моем уровне развития.

Между тем Волков продолжил:

— Очень странно, что вы лжете по такому, казалось бы, незначительному поводу. Но оставим это. Второй вопрос: почему вы сразу спрятали свидетеля и чемодан? Что вас сподвигло?

— Я не решился оставлять их в переулке. А когда вернулся на улицу, увидел, что прибыли Соколовы. Еще и не просто пехота, а вместе с представителем рода. Зная, как обычно действуют бояре, я спрятал улики и свидетеля. Потому что, если бы про них узнали, пришлось бы либо влезать в открытый конфликт, либо отдать.

— Отдать бы пришлось, без вариантов. — Вздохнул Волков. Выхлоп из могучей груди потревожил лежащие на столе стопки распечаток. — Мы в их районе работали. Больше вопросов нет, Алексей Григорьевич.