Книга Изгой рода Орловых: Ликвидатор 1, страница 100 – Данил Коган, Саша Фишер

— Верю. Примите у девушки заказ.

Взяв у Катерины заказ, она убралась в сторону кухни, ворча что-то вроде: «Ходят тут, нос воротят. У нас полсектора столуется…»

Буквально через несколько минут к нам присоединилась Истомина. Деланно безразлично мазнув взглядом по Кэт, она выложила на стол папку с распечатанными документами.

— Только для изучения. — Предупредила она. — Забрать с собой не получится. Фотографировать нельзя. Тыне мог место поприличней для встречи выбрать?

— Честно? Наугад ткнул в смартфон, пока сюда ехал. Ну что? Приступим?

— Такое впечатления, что я целые сутки сломанный пазл собирала. — Пожаловалась Истомина.

— Но что- то нашла?

— Что-то нашла. Слушайте.

Пришла пора узнать нашего господина-невидимку поближе.

Главное: Истоминой удалось обнаружить «шкурку» предполагаемого реципиента. Методом исключения из трех наиболее вероятных вариантов был выбран самый подходящий.

Некий подданный въехал на территорию района позавчера. Вернее, не въехал, а появился. Ранее не фиксировавшийся профиль реестра подданных засветился при вхождении в «Эфир» и посещение сайта собственников жилья Соколовского района четыре дня назад. Подданный по фамилии Гарнец был чист аки младенец. Непонятно, кстати, почему регулярно уделывающих пеленки младенцев считают за эталон чистоты. Возможно, имеется в виду чистота душевная.

В нашем же случае профиль был чист просто подозрительно. Подданный империи сорока трех лет от роду: не был, не состоял, не замечен. Ни одного привода или административного штрафа. Ни единой пометки налоговых или любых других государственных органов. Не работающий. Государственные ящики для уведомлений девственно чисты. Но главное, он явно питался святым духом. За те три месяца, что были выпущены банковские карты, привязанные к его профилю, прошло всего несколько мелких транзакций. В основном приход наличными через банкомат. И снятие. И все это в течение последней недели.

Ничего удивительного бы не было, будь он резидентом третьего уровня любого из районов или земским обывателем. Но его официальное место жительства значилось как четвертый уровень района Скворцовых. А жители верхних уровней полиса почти не пользовались наличкой.

Можно было бы, конечно, запросить все, действующие в Воронеже банки, о том имелись ли у господина Гарнец счета или карты. И Истомина даже сделала этот запрос. Но у банков на ответ имелось до десяти дней. И обычно они этим сроком злоупотребляли. А то и вовсе игнорировали первый запрос, поскольку за это не было административной ответственности. Так что ответы банков — дело будущего.

Тем не менее его платежная карта засветилась в Соколовском районе позавчера. С камеры банкомата было получено изображение господина Ганец — расплывчатое и нечеткое. Но здесь, как говорится, коготок увяз, всей птичке пропасть. Сравнивая изображения по одежде, с камер, находившихся в непосредственной близости от банкомата, где Гарнец снимал деньги, были получены более четкие картинки. После их прогона по базе данных Гарнецбыл зафиксирован камерой патрульного дрона недалеко от моего дома в синей спецовке надписью «Спецэлектромонтаж» через всю спину.

Выяснить, где он живет, не удалось.

Я просматривал распечатки и редкие фото и передавал листочки Кэт. Сомнений в том, что Истомина зацепила того, кого нужно, не было.