Книга Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2, страница 44 – Данил Коган

Но целитель все же нашелся, даже трое. На экранирование госпиталя и накопители начальство денег не пожалело. Лекари пообещали починить Красавчика к утру.

А я в очередной раз задумался над своей способностью. Я пользовался ви́дением весь бой. И в этот раз отката даже не заметил. Правда, смерть мне ни разу не грозила. Но вот тяжелое увечье я получить вполне мог. Как все это работает? Я продвинулся по уровню и поэтому откаты облегчились? Или просто риск был небольшим и, соответственно, плата маленькой? Ладно, вернусь из командировки, засяду за изучение истории предсказателей прошлого. Может что-нибудь нарою интересное.

Район Соколовых. Третий уровень. Гостиница «Хромой путник»

Человек, представившийся Орлову и Истоминой «Кузнецовым» вошел в дешевый гостиничный номер, сморщив нос и презрительно кривясь. Впрочем, на сидевшего на кровати мужчину это не произвело никакого впечатления.

Постоялец был полной противоположностью «Кузнецова». Если опричника можно было хоть сейчас помещать на постер в рекламе жевательной резинки, то мужчина, сидевший на кровати, обладал весьма простецкой, даже несколько уродливой внешностью. Коренастый, широкоплечий шатен с голубыми глазами и грубыми, словно высеченными на камне чертами лица. Натруженные руки заканчивались широкими ладонями с корявыми морщинистыми пальцами.

Впрочем, Кузнецов с уверенностью мог бы сказать, что внешность сидящего перед ним человека не настоящая. Шакал считался мастером перевоплощения. Про него ходили байки, что он убивал всех, кто видел его истинное лицо. Что он колдун. Что он легендарный доппельгангер или не менее легендарный алхимик. Много слухов и никакой достоверной информации. Кроме информации о его легендарном профессионализме.

— Не мог поселиться на четвертом? — Спросил «Кузнецов». Он опасался собеседника и старался компенсировать свои внутренние страхи показной грубостью. — Что за удовольствие жить в клоповнике, принадлежащим какому-то чеху? И тащиться сюда к тебе — лишний раз светиться на пропускном пункте.

— Это вполне приличная гостиница. И господин Йозеф Чапек заботливый и отзывчивый хозяин. Настоящий профессионал. — Голосом, похожим на шелест листвы, произнес Шакал. — А вот вы, господин Владимиров, проявили удручающую некомпетентность в предыдущем деле. Ваши хозяева недовольны, мне приказано передать это в обязательном порядке.

— У меня нет хозяев! — резко бросил Кузнецов-Владимиров.

— У всех есть хозяева, ваше благородие. Вы своих предпочитаете называть начальством.

— И кто же твои хозяева, Шакал? — Владимиров сел на пластиковый стул с дырчатой спинкой и заложил ногу на ногу.

— Деньги. Мои хозяева — деньги, ваше благородие. — Шакал поднялся и подошел к мутному гостиничному окну. — Перейдем к сути дела. Я назначен старшим в будущей акции. Вы исполняете мои распоряжения. Поскольку вами недовольны, вы останетесь в Воронеже, когда я завершу дела, чтобы зачистить хвосты и наблюдать за ситуацией.

Владимиров дернулся. Идеальное лицо снова зло скривилось. Но комментировать это распоряжение он не стал. Он понимал, с какого уровня получал приказы его непосредственный куратор. Для этих людей потомственный дворянин Владимиров — пыль. Тля под ногтем. Дернешься, раздавят. Если еще не приняли решение, что от него надо избавиться.