Книга Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2, страница 35 – Данил Коган

К этому времени вокруг нас собралась уже вся команда и пара человек из других групп. Они давали советы, цокали языками, были трижды посланы Красавчиком на хер: в общем, работа у нас спорилась.

Я тоже перемазал руки в какой-то технической ерунде, а всего-то трубку подержал.

Затем возник недолгий диалог, во время которого сержант не пустил Красавчика мыться и переодеваться, и приказал нам всем: «Грузиться-на». Заноза, из-за штурвала вставляла в диалог ехидные и матерные комментарии. Кабан залез в транспортную ячейку и тут же прикорнул. Вот это я понимаю — «герой пофигизма».

В конце концов, мы все оказались внутри машины, заваленные не влезшим в багажник скарбом, практически по грудь.

Броневик дернулся. Какой-то баул, судя по вырвавшемуся: «ска-мля», больно заехал Красавчику под ложечку. Мы пристроились вторыми за броневиком «Гаммы», за нами встал в мини-колонну третий БТР.

Техническими тоннелями добрались до кольцевой, с которой съехали на эстакаду к четвертому уровню Синицинского района.

Нас остановили на блокпосту и заставили выйти из броневика, чтобы пересчитать и отсканировать удостоверения. Стоящие здесь соколовские менты, видимо, очень скучали без посетителей, поскольку развели вокруг нашей колонны очередную нездоровую суету.

Я взглянул на обломок башни Синицыных, который корявым изломом стены царапал серое, равнодушное к боли небо. «Эта башня шепчет ежедневно тем, кто желает услышать, разумеется. Помни. Помни, что все взлеты в жизни временны, и после них непременно последует падение. Помни и будь готов». Но после падения может наступить взлет. Не так ли, ваша милость, господин барон? Надотолько сильнее оттолкнуться и расправить крылья.

Снова утрамбовавшись в свой броневик, мы продолжили движение. Что происходило вокруг, я видел только на мониторах водителя. Четвертый уровень лежал в руинах. Кое-где попадались уцелевшие, ну или выглядящие так, дома. Но раньше я подобные картинки видел только на фото или видео из зоны боевых действий. Мы как раз по такой и ехали, просто по давней.

Наконец, наш броневик встал, снова вызвав обрушение груза и придушенные ругательства коллег.

Место, в которое мы прибыли, выглядело как хорошо укрепленная военная база. Местность была очищена от развалин в радиусе километра. Перед нами возвышались трехметровые в высоту ворота, опутанные по верху колючей проволокой. Вправо и влево отходили сложенные из обломков местных зданий и сглаженные магией стены укрепления. Вышки, прожектора, бойницы, ров и металлические ежи перед ним. Все в три слоя перевито колючкой и ощетинилось стволами крупнокалиберных пулеметов.

Ворота, украшенные гербом нашего министерства, отъехали в сторону, пропуская колонну на территорию базы.

Мы запарковались на общей стоянке, на которой уже стояло шесть серых броневиков с красной полосой по борту, три «бардака» (БРДМ) и даже один легкий танк — «Тарантул», кажется. «Бардаки» и танк были, судя по всему, местные, а вот броневики щеголяли маркировками воронежских участков из других районов города. Я так понял, что это еще не весь комплект. Вроде ждем делегацию из еще одного района.

Сразу по прибытии мы опять занялись переноской вещей. Каждой группе выделили свой угол в казарме, рассчитанной примерно на две сотни человек. Все отгораживались от других, занавешивая проходы одеялами или серыми казёнными простынями. В помещении стоял характерный запах человеческого пота, грязного белья и какой-то химической дряни, которой здесь мыли полы и стены. Лампы дневного света в плафонах работали через одну, создавая чересполосицу светотени, но всем, видимо, было наплевать.