Книга Изгой рода Орловых. Ликвидатор 3, страница 94 – Данил Коган

Кабан с Горой активировали щиты и выдвинулись вперед. За ними Ветер и Свирель с Занозой. Последними мы с Красавчиком. Легкой трусцой мы двинулисьв створ коридора. Под ногами неприятно скрипел и похрустывал жареный хитин. Тварей, переживших тараканий геноцид и отважно бросавшихся на нас из-под трупов собратьев, мы сбивали пинками и давили ударами ног и рукоятей мечей, не замедляя движения.

Конечно, нас заметили. И приготовили торжественную встречу.

Изгиб коридора позволял видеть до двухсот метров вперед, так что мы с ордынскими спецназовцами вступили в зону огневого контакта одновременно.

Навстречу нам вынырнули две массивные фигуры, прикрывшиеся штурмовыми щитами. Позади них чуть левее и правее, соответственно, двигались двое стрелков.

Они и Ветер открыли огонь сразу, как только увидели друг друга. Голубоватая пленка наших силовых щитов покрылась огненными вспышками.

Ветер отдавал приказы на тактическом мониторе, слова в этот момент занимали непозволительно много времени.

Наши щитовики встали, пытаясь закрыть своими устройствами максимально возможную площадь.

Взаимная стрельба не приносила никакого эффекта, двенадцать миллиметров ДШК тоже не справлялись с вражескими бастионами, но ураганный огонь штурмового комплекса, заставил вражеских щитоносцев сбиться с шага.

Мы с Красавчиком прижались к стенам.

Заноза, упав на колено, вскинула короткую трубу «Шмеля» и выпустила заряд в просвет между щитами, сразу после этого метнувшись влево от Кабана под его защиту.

Мимо нас с Красавчиком хлестнул выхлоп гранатомета.

Граната влетела в один из щитов, прожгла его, сильно уйдя вправо, после чего сработала фугасная начинка.

Вокруг штурмовиков возникли черные сферы силового поля, и их, как пушинки, расшвыряло по коридору.

Штурмовые щиты разлетелись в клочья, один из них, кажется, вместе с рукой «гвардейца кардинала».

Однако, все четверо штурмовиков пережили взрыв и остались вполне боеспособны.

Едва силовые поля спали, стрелки с их стороны снова открыли огонь, а двое бывших щитоносцев, создавая за собой множество послеобразов почти мгновенно переместились к нам, врезавшись в щиты переднего ряда.

Свирель в этот момент выпалила из своей гаубицы в одного из стрелков. В дыру, образовавшуюся в доспехе ордынца, можно было бы просунуть кулак Кабана. Боевика швырнуло назад, и из строя он, кажется, выбыл. Зато второй, в ответ, выбил наш «главный калибр». Практически сразу, после выстрелаСвирель словила попадание в голову и грудь и рухнула назад.

Одновременно с этой неоднозначной перестрелкой наплечники двух штурмовиков врезались в силовые щиты наших парней.

Гора проехал на пару шагов назад, и его щит погас.

Кабан устоял, но индикатор щита истерически моргал, показывая, что и это устройство скоро отключится.

Мы с Красавчиком одновременно взмыли в воздух из-за спин передовых бойцов, перепрыгивая перегородивших коридор гигантов.

Один из них действительно потерял руку, но на его боеспособности это почти не отразилось.

Я, оставив товарищей за спиной, совершил выброс праны и метнулся к оставшемуся стрелку. Доспехи ликвидаторов точно не могли бы пережить очередь из его штурмового ружья.

Но я сформировал «доспехи духа», максимально усилив имеющуюся броню.

Он успел выпустить по мне только короткую очередь в три патрона. Вроде бы, одним попал, но не пробил защиту, просто просадил мой запас праны. После чего, уронив ствол, выхватил корявый меч, чем-то напоминавший индийскую махайру.