Книга Изгой рода Орловых. Ликвидатор 3, страница 52 – Данил Коган

Щелк. Крышка слегка приоткрылась. Ого. Замок на крови. Стандартное решение.

Я все больше убеждался, отец понимал рискованность своих занятий. Поэтому семья об этом практически ничего не знала. Как и род. Однако о преемственности, случись что, он все же позаботился. Не думаю, что кто-то еще, кроме меня и Вики, смог бы открыть ларчик. Ничего не опасаясь, откинул крышку.

Первое, что бросалось в глаза, — прозрачное плексигласовое дно, под которым виднелся миниатюрный накопитель нашего, то есть Орловского производства. Он же, в случае чего, элемент системы самоуничтожения. Остальноесодержимое шкатулки меня расстроило. На первый взгляд там лежали совершенно бесполезные предметы. Жетон от метро, причем явно не русский. Такой же, как у меня империал, разрезанный надвое. И еще несколько похожих предметов. Все это в совокупности, выглядело как коллекция человека с синдромом Плюшкина. Однако, наверняка у всей этой «коллекции» было определенное предназначение. Пошевелив пальцем все эти брелки, монеты, жетоны, я захлопнул крышку. Попробовал открыть — открылась без сопротивления. Второй раз забор крови не понадобился. Шкатулка «запомнила» мою прану. Безусловно, содержимое шкатулки — это какие-то опознавательные знаки. Только вот кто их адресат, и на что их можно обменять, выяснить пока что возможности не представлялось.

С одной стороны, улов довольно интересный. С другой… А что с другой? Надо обновлять Кая и попробовать расшифровать носитель информации. Возможно, тогда я узнаю больше. И так все неплохо. Я получил два артефакта: нож и шкатулку, документы на право собственности, схему работы «Чистого мира». Для начала очень хорошо.

Башня Орловых. Виктория Орлова, Викентий Орлов

Вика принесла на алтарь предков положенные жертвы и провела, под присмотром Хранителя Традиций, ритуал памяти. Зал Рода находился близко к корням башни, под землей. Здесь всегда было прохладно и тихо. Родовичи не очень любили беспокоить предков без солидного повода. И сегодня зал был абсолютно пуст. Хранитель одобрительно кивнул Виктории.

— Если ты не против, Владимир Георгиевич, я пройдусь по верхнему ярусу, навещу саркофаг отца.

Старик ухмыльнулся. И без того не самое симпатичное, лицо Хранителя превратилось в уродливую маску фальшивого дружелюбия.

— Конечно, детка, прогуляйся, — ответил он свистящим шепотом, так непохожим на его «глашатайский» голос, который он применял во время собраний и ритуалов. — Дорогу ты помнишь. Сюда редко заходят живые души. Я даже немного удивлен, что кто-то твоего возраста появился в моих владениях. Куда идти ты знаешь. Ведь знаешь же?

— Благодарю, я там уже бывала. Думаю, дорогу найду.

— Хорошо, милая. Хорошо. Многие забывают, в чем наша истинная сила. Где ее исток и корень! — голос его снова начал наливаться мощью. — Они не помнят, что есть вещи и повыше воли Главы и совета рода. Это суд духов. Высшая инстанция в этой башне, находится здесь. В глубине. Высший суд и высшая справедливость! Запомни мои слова.

— Да, Хранитель. Непременно запомню, — немного сбитая с толку, Вика поднялась, растирая замерзшие руки.

Что конкретно имел в виду дрянский старик, от нее ускользало. Но когда Хранитель заявил про «суд духов», ей показалось, что воздух вокруг сгустился. Ощущая на себе десятки бесплотных взглядов, Вика практически выскочила на круговую галерею семейной усыпальницы.