Онлайн книга «Нортланд»
|
Лиза осторожно поставила на пол чемодан и прошла на кухню. Она сказала с улыбкой: — Я сделаю чай! Когда Лиза проходила мимо Отто, она сжала его руку с нежностью и волнением. — Как вы, наверное, знаете герр Брандт, — продолжил Ханс. — Мы здесь не для того, чтобы вас арестовать. — Однако, у тебя серьезные проблемы с законом, — добавил Маркус. — А кроме того, здесь не все участники нашего маленького представления. Он втянул носом воздух с хищным удовольствием, затем прошел в комнату и вернулся, ведя под руки Лили и Ивонн. Маркус показался мне симпатичным парнишкой, с которым хотят гулять девушки. По крайней мере, его улыбка говорила о чем-то таком. Я вдруг снова почувствовала себя зрительницей. Люди проходили мимо меня, у всех были свои проблемы, свои решения, свои цели. На кухне мне даже не хватило места. Я встала, оперевшись на косяк двери, наблюдая за теми, кто был вовлечен в эту ситуацию непосредственно. Рейнхард устроился у окна, Маркус удерживал Ивонн и Лили, Ханс сидел за столом напротив Отто, а Лиза хозяйничала у плиты. Если бы все они были изображены на картине, у нее определенно было бы название вроде: "неудачные переговоры" или "всеобщая неловкость". — Итак, — сказал Рейнхард, рассматривая Лизу. — Герр Брандт, вы почти самый необычный человек, которого я знаю. — Почти? — спросил Отто. — Обидно? — улыбнулся Маркус. — Ты привык думать, что никого невероятнее тебя нет, правда? Ханс сказал: — Однако, мы не об этом, герр Брандт. — Как вы видите, мы не пришли сюда, чтобы арестовать вас. — Более того, мы даже не хотим трогать твоих подруг. — Как вы можете заметить, мы настроены дружелюбно. Это значит, герр Брандт, что вы могли бы… — Теоретически. — Да, теоретически, ты мог бы сохранить твою Лизу, твоих друзей, все это, — Маркус кивнул на кукол — Великолепие. Словом, твою жизнь. Слушать их было странно. По отдельности они казались, по крайней мере до определенной степени, автономными. Сейчас они продолжали фразы друг друга не с помощью безоговорочного понимания. В этом, казалось, вовсе не было близости. Наоборот, каждый из них был излишним. Собственное "я" Рейнхарда, Ханса или Маркуса в этом диалоге было не такзначимо, как "я" их фратрии, их коллективная воля. Это вызывало инстинктивное отвращение, судя по всему, не у одной меня. Отто, Лили и Ивонн тоже скривились, а вот на лице Лизы появилась обида. Она разлила по чашкам чай, с капризным видом поставила их на стол. — И что мне нужно сделать? — спросил Отто. — Что-то ведь нужно? Вы же не просто так пришли ко мне. — Ты должен освободить Кирстен Кляйн, — сказал Маркус. На секунду я подумала, что он делает это для Кирстен Кляйн. Но Рейнхард добавил: — Мы обязательно оценим вашу помощь в соответствующих терминах свободы и возможности. И я вспомнила, что у Маркуса не может быть ничего своего. — Зачем вам это? — спросил Отто. Он отодвинулся на стуле подальше, к окну, но, увидев рядом Рейнхарда, сместился влево, где стоял Маркус. Тогда Отто встал и подошел к Лизе. — Это, герр Брандт, не должно быть вашим делом, — сказал Ханс. — Впрочем, если вас не интересует это маленькое условие… — Маленькое? — План мы разработаем вместе, — сказал Рейнхард. — Единой командой, так сказать. Рейнхард посмотрел на меня, я отвела взгляд. — Меня интересует, — сказал Отто. — Я просто не понимаю… |