Книга Долбаные города, страница 83 – Дария Беляева

А у маленького Уокера на том кладбище тоже есть могилка, только безо всяких подземных светлячков, потому что у его смерти нет разумного объяснения, и неразумного тоже.

Я сказал:

— Так, ребята, мы сделаем вот что…

Вирсавия перебила меня:

— Убьем их всех?!

— Что?

— Лопатой!

— Ты дикая!

— Я думаю, что трупоеды опасны.

— Неа, — сказала Лия. — Если быя не попыталась убить его, он бы меня не обжег.

— Так-так-так, — сказал я. — Мы не знаем, что это такое, и чего там с ним делать. Но давайте-ка я напомню вам, дорогие друзья, что нам четырнадцать, и верх нашей озабоченности — вопросы, связанные с венерическими заболеваниями и техниками минета, да, Лия?

Она толкнула меня в бок со страстью, так что у меня аж в глазах потемнело, и я поднял палец, собираясь переждать боль.

— В общем, — продолжил я. — Пусть этим занимается общественность. Я, если честно, не знаю с чего начать. Раскапывать могилы убитых и убийц, похищать оттуда светлячков? Это тупо.

— А что есть не тупые методы?

— Есть. Мы расскажем обо всем в интернете, — сказал я. — У меня есть канал на Ютубе.

— Да, мы видели.

— Он отвратителен.

— Ага. Полный отстой.

— Уверен, тебя убьют.

Я раскланялся.

— Спасибо, спасибо, спасибо! Ради этого я и живу!

Леви сказал:

— Ближе к делу, Макси!

Я посмотрел на темное окно, за которым плясали под порывами ветра ветви деревьев. Мне вдруг показалось, что я ощущаю чей-то взгляд. Такое случается посреди ночи с нервными детьми.

— Мы запишем видео, где вы подтверждаете мои слова. Большинство людей сочтут нас шизофрениками, двое или трое — проверят, и уже их сочтут шизофрениками, но еще двое или трое — проверят, и так далее до полной смены научной парадигмы.

— Это работает? — спросил Эли.

— В пределах полугода.

Саул сел за свой письменный стол, включил компьютер.

— Но большинство людей, — сказал я. — Все равно сочтут нас клоунами. Вы к этому готовы?

— Нет, — сказала Вирсавия. — Я хочу быть классной в интернете.

— Это и есть «быть классной в интернете», — сказал я. — С тобой могут быть даже мемы, если ты покажешься людям достаточно шизофазической.

— Я надену на голову мешок.

— У меня есть балаклава.

— Серьезно, Макси?

— Потому что я субкоманданте Леви.

— Чего? — спросил Леви.

— Это было очень тонко. Субкоманданте Маркос называл себя именем своего погибшего друга.

— Но я не погиб!

— Это вопрос времени, Леви! Я заберу твое имя!

Саул оттолкнулся от стола, отъехал на офисном стуле с колесами подальше, к кровати Рафаэля, сдвинулись Лия и Эли, теперь мы все вошлив кадр вебкамеры.

— Пусть с этим разбираются ученые, они поймут, что делать, — сказал я. — А мы не поймем.

Я чувствовал себя непривычно мудрым и в то же время трусливым. Я хотел узнать, что с Калевом, но я правда не понимал, с чего начать. Куда там вели эти подземные звезды, и странные сны, и пользователь с ником Сахарок, и все эти километры статистических данных о преступлениях и терактах?

— Я уже записываю, — сказал Саул.

— Момент моей неуверенности мы вырежем.

Я смотрел на экран. Мы сидели, как испуганные детишки перед первым в их жизни экзаменом, тесно прижавшись друг к другу и смотря большими глазами на монитор. Наконец, я собрался с духом и понял, с чего начать.

— Доброе утро, добрый день, добрый вечер, доброй ночи! По возможности подставьте любое исчисление суток, принятое в вашей культуре! Моя социальная активность растет, как видите, сегодня вы можете познакомиться почти со всеми людьми, которые могут выносить меня дольше пятнадцати минут.