Книга Долбаные города, страница 102 – Дария Беляева

— Вроде того.

— У нас нет ни единого шизофреника, — сказала Вирсавия.

— Но у меня шизотипическое расстройство, — добавил Саул. — Я постараюсь больше молчать, чем говорить.

— Говорить буду я, у меня все в порядке.

— У него биполярное расстройство, — сказал Леви. — Но все остальные практически в норме.

— У тебя эпилепсия.

— Это не отражается на моей способности тестировать реальность.

Двери лифта раскрылись, и мы пошли по длинному, узкому коридору, в самый неожиданный момент свернув к двери. Режиссер был человек бородатый и взвинченный, с глазами, в которых еще плескалась вчерашняя вечеринка. Но мне он понравился, потому что дело свое любил, весь его кабинет был усыпан, как снегом, заметками, в которых наверняка никто, кроме него, не разбирался.

На столе у него стоял термос, кофе дымился в чашке с надписью «Кто же здесь босс?». Я облокотился на стол и наклонился к нему, мне хотелось получше его рассмотреть.

— Ну что, сделаете меня звездой? — спросил я. Режиссер смотрел на меня секунд с десять, а потом широко улыбнулся. Эли толкнул меня в сторону.

— Мы хотим рассказать правду. О том, что случилось с Калевом Джонсом.

Саул сказал:

— Но мы не уверены, что это правда.

Вирсавия добавила:

— Зато мы видели кое-что ужасное.

— Да, — кивнул Рафаэль. — Просто не смогли это сфоткать.

— Потому что это нельзя сфоткать, — сказала Лия. Но режиссера не волновало ничто из того, что мы сказали. Кроме, может быть, моей реплики. Он достал сигареты, закурил и выдохнул дым в сторону, его ассистентка приоткрыла окно.

— Приятно с вами познакомиться, молодые люди. Я — мистер Кларк. Вы мне представитесь?

Мы, конечно, сделали это, но одновременно, так что я удивился, когда он различил наши фамилии.

— Макс Шикарски, Леви Гласс, Саул и Рафаэль Уокер, Эли Филдинг, Лия Харрис и Вирсавия Митчелл.

Он щелкнул пальцами ассистентке, как будто она была милой, обученной трюкам собачкой.

— Отдай распоряжения.

— А вы будете снимать нас просто вот так? — спросил Леви. — Без сценария?

— Это ток-шоу, малыш. Если ты хочешь высоких рейтингов, в конце концов, тебе придется отказаться от сценария.

— Значит, вы все-таки хотите, чтобы мы выглядели глупо, — сказал Саул.Я отмахнулся:

— В телике все выглядят глупо.

Взгляд мистера Кларка стал на редкость холодным.

— Так вы хотите рассказать свою историю?

— А вы хотите стать акулой в мире шоу-бизнеса?

— Вы мне нравитесь, мистер Шикарски. Что-то может получиться. Мисти, как там записи и фотографии, связанные с Калевом Джонсом?

— Я сейчас уточню.

Мисти покинула нас, непрерывно отдергивая юбку, чтобы скрыть свои симпатичные колени. Мистер Кларк еще некоторое время смотрел на нас, у него был взгляд художника.

— Мы не пустим запись, если вы не будете интересными.

Правда его, вероятно, вовсе не интересовала. Его интересовала возможность нам не платить. Это становится действительно важным, когда принадлежишь к огромному медиа-холдингу. Максимизация результатов при минимизации затрат, этика в полнолуние становится экономикой. Мистер Кларк смотрел на нас, и я впервые понял, что оценивают мою внешность, и движения, и манеру говорить. Мой, можно сказать, товарный вид. Я не думал, что в дешевых ток-шоу такие мелочи могут иметь значение.

— Я понял! — сказал я. — Леви, все очень просто! Транснациональные корпорации это юридические лица, фактически люди, субъекты, такие монстры Франкенштейна, а люди — это товар, продукт. Кто об этом писал? Кто об этом писал, а?