Книга Аркадия, страница 82 – Дария Беляева

— Спасибо, — сказал Сигурд. Видимо, он решил, что я смеюсь, потому что он не хочет, чтобы я плакала, подумала Флори. Наконец, перелистнув очередную страницу, Сигурд сказал:

— Тебя в списке нет. Я не понимаю. Тебя не должно было здесь быть.

— Я просто пришла сюда и заснула, — выдавила из себя Флори. Сигурд помотал головой.

— Не ясно. Обычно людям удобнее спать в горизонтальном положении, это обеспечивает наибольшую площадь соприкосновения тела с поверхностью, тогда если мышцы расслабляются, они не болят. Но бывают разные обстоятельства.

Его меч все еще упирался в горло Флори, а вокруг пахло кровью и выпотрошенными органами, мерзко, тошнотворнее, чем в анатомической секции в Университете. А Сигурд говорил о том, в какой позе люди обычно спят, да еще таким тоном. Флори засмеялась громче, он сказал:

— У тебя шок. Таким образом, я не смогу тебя допросить.

— Ты серьезно? — смеялась Флори, из глаз ее лились слезы.

— Я всегда серьезен.

— А ты говорил с кем-нибудь прежде? — вдруг спросила она.

— За свою жизнь я говорил с четыреста сорок одним человеком. Ты четыреста сорок первая, — сказал он серьезно. — Я разговаривал в тысяча восемьсот пятьдесят седьмом году прежде, чем заговорить с тобой.

— А зачем ты заговорил со мной? — спросила Флори. Ей хотелось тянуть время как можно дольше. Она смотрела на него и, внезапно, вместо отвращения к этому автомату смерти, она ощутила, что он забавный — это была реакция на стресс.

— Потому что мне нужно было уточнить обстоятельства твоего местонахождения здесь. У меня нет приказа убить тебя, поэтому я должен выяснить детали у Отца.

Он развернулся, и Флори почувствовала, как сердце ухнуло вниз. Еще хотя бы пять минут.

— И что случится, если ты не уточнишь прямо сейчас? Конец света?

— Нет. Конец света случится, когда Солнце увеличится в размерах, превратится в красный гигант и поглотит все планеты земной группы.

— Тогда не уходи!

— Я не понимаю, как связано то, уйду я или нет со звездами поздних спектральных классов.

Он обернулся. Флори впервые посмотрела ему в глаза, у него был пробирающий до костей взгляд, будто он смотрел сквозь нее, куда-то дальше, не видя ее. Так смотрят кошки и очень больные люди. Он был до дрожи жуткий и очень смешной — Флори не понимала, как это сочетается. Она сказала:

— Я не хочу умирать.

— Я тоже. Это заложено в наших базовых инстинктах.

— У нас много общего, правда?

— У нас действительно много общего — мы кузены и принадлежим к одному биологическому виду, наши органы работают примерно одинаково, у нас похожий состав крови, нам необходимо есть и спать, мы используем гортань для голосообразования, хотя у нас разные языки.

Флори смотрела на него, округлив глаза. Он продолжал говорить, озвучивая многие и многие факты, которые были для них общими. Ни об одном из них Флори никогда не думала, если говорила, что у нее много общего с кем-то. Сигурд закончил:

— И, наконец, мы способны оперировать комеморативными практиками человечества, называемыми еще культурой.

Флори слушала его и улыбалась, ей захотелось смеяться еще громче. А когда он закончил, она вдругтолько горше заплакала.

— Почему твои глаза влажные? Ты не хочешь быть на меня похожей?

— Я не хочу умирать, — сказала Флори. — Пожалуйста, не убивай меня. Мне страшно.

Сигурд смотрел на нее, лицо его не выражало абсолютно ничего. А потом, в секунду, он отнял меч от ее горла и поцеловал. Даже не поцеловал, просто прижался губами к ее губам, будто не знал, что должен был делать. Флори никогда не целовали прежде, она тоже не знала. Он крепко прижимал ее к себе, скорее руководствуясь инстинктами, чем правилами поведения. И Флори совсем не хотелось, чтобы он когда-нибудь ее отпускал.