Книга Аркадия, страница 65 – Дария Беляева

Самое страшное заключалось в том, что я отчетливо различал в этих голосах безумное, смешанное со страхом ликование. Это Аркадия приветствовала нас.

Герхард зажал уши, Астрид заорала:

— Скажи им, чтобы заткнулись!

А я решил, что если не могу ничего изменить, стоит получить от этого максимум удовольствия. В конце концов, где и когда еще я мог бы услышать звуки столь противоречащие моему эстетическому чувству. Теперь я заметил, что среди слуг, упавших перед нами ниц былине только гигантские насекомые. Все это были причудливые, отвратительные существа, гипертрофированные, как больные гланды, вариации на тему земных мерзостей. Я увидел огромную лягушку, пасть которой была наполнена постоянно лопающимися алыми шариками, будто напитанной кровью икрой, лягушка издавала гортанные экстатические вопли. И я подумал: если они умеют выполнять сложные словесные приказы, у них наверняка есть разум. Это отчего-то сделало ситуацию еще более некомфортной. Безмолвно билась на полу рыбина, на чьей голове были рога, подобные полумесяцу луны, только бледные, казалось сделанные из хряща. Рыбьи ноги, похожие на сочленения лапок насекомых, только сделанные из костей, перебирали по полу, то ли она не могла встать, то ли не хотела и просто выражала восторг. Тут были и еще существа — их тела были очень разными, иногда отсутствовали глаза, иногда рты, иногда лица вообще казались белыми, оплывшими масками, но среди всех не было никого, кто походил бы на человеческое существо. От этой мысли стало как-то одиноко, и Астрид это почувствовала, прижалась ко мне. Ощутив ее тепло, я некоторым образом смирился с наличием этих существ в моем мире. И увидел, что Делии это далось намного легче. Она протянула руку к одному из похожих на несколько срощенных друг с другом муравьев монстра. Сочлененное, блестящее тело подрагивало, и Делия погладила части, которые, наверное, были головными. Я вскинул брови. Делия была намного смелее, чем я от нее ожидал. Я протянул руку к тарелке и подцепил какой-то фрукт в меду. Средневековая роскошь, вот что помогло бы мне смириться с текущей ситуацией.

Аксель цокнул языком, наблюдая за Делией.

— Генетика, — сказал он. — Иногда она портит сюрпризы!

— Хорошо, — сказала Констанция. Она смотрела в одну точку, чуть поверх головы Акселя. — Откуда ты знаешь о генетике, если ты ангел смерти из волшебной страны?

— Мне приходится бывать в командировках. Может, даже чаще, чем хотелось бы.

— Тогда почему ты не сбежишь? — спросил Герхард. К еде он даже не притрагивался, видимо, оказался брезгливее, чем я подумал. Налил себе молока из кувшина и размешал в нем ложку меда, и сидел с этим напитком для заболевших детей.

— А ты правда дурачок, да? Потому что это потрясающее место!

Голос Акселя взлетел под самыйпотолок, в нем были напор и театральная, наигранная драматизация. Аксель приложил руку себе ко лбу, будто хотел проверить температуру.

— Вот это нота! Признаюсь честно, не ожидал от себя такого. Думаю, при всем желании не сумею повторить. Так вот, о чем я говорил?

— О том, что это потрясающее место, — послушно повторил Герхард.

— Да-да! Здесь все потрясающе, к примеру, этот парень.

Аксель погладил по голове мотылька с блестящими, черными глазами, дернул его за пушистые, длинные антенны или усики, или как там это называлось. Мотыльки всегда производили на меня странное впечатление. Из-за их темных, миндалевидных глаз, пушистых тел и больших размеров, они казались мне не насекомыми, а маленькими, маскирующимися под насекомых млекопитающими, и оттого казались чуть очаровательнее остальных существ того же плана. Астрид вот насекомых не любила, более того она верещала всякий раз, когда мимо пролетала оса. Но сейчас — держалась. Я знал свою сестру, она была способна выдержать что угодно, пользуясь одним только упрямством. Желание Астрид показаться крутой совершенно незнакомым людям много раз приводило ее к победе.