Книга Аркадия, страница 142 – Дария Беляева

Когда Адриана втолкнули в клетку, он сказал:

— Спасибо за компанию.

А потом обернулся к Акселю и сказал:

— Привет.

Вид у него стал еще более довольный. И хотя я видела, как он бледен даже в свете огня, который горел не так далеко от его клетки, он ничем не показывал, что измотан. Словно бы душа и тело Адриана существовали каким-то совершенно отдельным образом, не были связаны друг с другом ничем, кроме формального соприсутствия.

— Ну, не так уж плохо, — постановил Адриан. — И надолго мы здесь?

— На жалкий остаток нашей жизни, — протянул Аксель. А Астрид сказала:

— Да нормально все, чего вы паритесь.

Я оглядела лагерь Потерянных, жилища из шкур, людей, раскачивающихся у костра и снующих туда-сюда по своим делам, их здесь было невероятно много, сотня, может две. Все совсем юные. Где-то далеко раздавался вопль умирающей скотины, наверное это был олень. Судя по всему, с ним развлекались долго. Присмотревшись я увидела в далеком зареве костра силуэт животного, находившегося в такой же клетке, как мы, только больше. Оно металось по тесному для него пространству, то и дело напарываясь на длинные копья. Зрелище, наверное, не из приятных. Хотя вообще-то в любой дикости есть свой кайф — когда-то мы все были первобытными, жестокими тварями. В нас это осталось и сейчас.

— Ну, — сказала Астрид. — Может и не совсем нормально. Но не так уж плохо.

Через полминуты она сменила свое решение в третий раз, постановив, что нам конец. И, наконец, еще через некоторое время Астрид сказала:

— Но этого так оставлять нельзя!

Адриан подтвердил, я пожала плечами, не желая выдавать чрезмерную заинтересованность в столь мелочных вещах, как сохранение собственной жизни. Аксель сказал:

— Я, кажется, придумал гениальный план.

Это заявление было встречено с ожидаемым скепсисом. Я не особенно верила в гениальность планов Акселя, мне казалось, что это будет что-то драматичное, больше подходящее пьесе Шекспира, чем роману Голдинга. Сейчас нам требовались жесткие меры, дикие меры. Наверное, стоило попросить Астрид подумать, но Астрид была занята тем, что пыталась достать до засова, сломать прутья клетки и даже перегрызть их. Зубы у нее действительно были крепкие. Наверное, в каком-то смысле это было хорошо,но совершенно неактуально для того, чтобы освободиться. Стоило объяснить это Астрид, но я как-то не решилась вмешиваться в ее сложные отношения с клеткой.

— И в чем же он заключается? — спросил Адриан. Руководила им, по видимому, не надежда, а интерес.

— В моих антропологических изысканиях, — охотно ответил Аксель. — Один из непреложных законов Потерянных состоит в том, что вопросы власти, как это частенько бывает в традиционных обществах, решаются боем. Если кто-нибудь, например ваш герой, вызовет Жадину на бой при всех, он не сможет отказаться.

— Тогда зови его! — сказала Астрид, но Аксель только покачал головой.

— Я же говорю, при всех. Один на один, он меня убьет, я полагаю. По крайней мере, я бы так и сделал. Нет свидетеля, нет проблемы. В общем, когда наш потащат казнить, тогда я и выступлю.

— Ты просто хочешь, чтобы тебя услышала орава людей, да?

— Нет, Астрид, я хочу обезопасить нас всех!

— А с чего ты вообще взял, что нас потащат на казнь? — спросила я. Аксель пожал плечами.

— Не знаю, а как бы ты поступила с детьми своего злейшего врага, будь ты изуродованной душой, лишенной шанса на следующую жизнь?