Книга Болтун, страница 186 – Дария Беляева

— Надо же, в этом номере есть своя гостевая комната, — сказала Дейрдре. И я подумал,что она в восторге, но силится этого не показать.

— Как думаете, все получилось? — спросил я. Дарл сказал:

— По-моему, ты им понравился. Они не обманывают. Это их единственная слабость.

— Представляете, — прошептала Дейрдре. — У нас получается. Мы меняем историю. Через пять лет мы будем вспоминать об этом дне, как о геополитическом повороте. А сейчас мы его проживаем. Я даже не могу осознать.

— Я тоже, — ответил я. — Как будто я сплю. Или как будто все это менее значимо, чем на самом деле.

— А по-моему, — сказал Дарл. — Наконец-то происходит хоть что-то.

Дейрдре лежала между нами, и когда она обняла нас обоих, я, не совсем осознавая, что делаю, поцеловал ее в шею, то же по наитию сделал и Дарл.

— Проститутка и двое сумасшедших, — протянула она. — Мы изменим этот мир. Мы перекроим страну. И я увижу, как жизнь станет другой. Я сама ей поживу. Что бы вы сделали первым делом?

— Я бы напился.

Я задумался.

— Наверное, я бы кем-нибудь стал. Не знаю, может врачом. Или математиком, в честь моей школьной учительницы.

— У тебя нет таланта ни к тому, ни к другому.

Прежде, чем я ответил Дарлу, Дейрдре мечтательно, по-девичьи вздохнула:

— А я бы пошла в библиотеку. И взяла бы все книги, которые только пожелаю, даже если я их уже читала.

А Дарл вдруг сказал:

— Убери одного сумасшедшего из своего списка. Я отсюда сваливаю.

— Что?

Мы с Дейрдре спросили его одновременно, и Дарл усмехнулся, в темноте сверкнули его зубы.

— Это все приедается. А война и вовсе скучно. Столько возможностей исчезнет. Я хочу на юг. Там тепло и спокойно.

В ту ночь я так и не заснул. Я все думал, как я стану воевать, если рядом не будет Дарла.

Я чувствовал, что не спала и Дейрдре. Только Дарл был совершенно безмятежен, и ничто не возмущало его спокойствия.

Октавия сидела рядом со мной, взгляд ее то и дело касался лезвия ножа. Я и не заметил, что говорю по-особенному напевно, так я читал сказки своим детям, когда они были маленькими.

Когда я закончил, Октавия спросила:

— И он просто уехал?

— Он просто уехал. Он всегда так делает. А я пообещал назвать сына его именем.

— Я не понимаю, — сказала она, будто это было сейчас самое важное, что нужно было понять. — Почему ты хотел назвать Марциана в честь него? Дарл бросил тебя в самое тяжелое время.

Я пожал плечами, затем ответил:

— А без него я бы до сих пор, наверное, сидел в дурдоме. Или восстание провалилось бы, потому что я не знал нужных людей. Или я умер бы от заражения. Словом, много чего могло приключиться, если бы не было Дарла.

— Да что уж там, даже ручка твоей сестры не вернулась бы к ней.

— Это сарказм?

Октавия улыбнулась, однако по выражению ее лица было совершенно не понять, подтверждает она мое предположение или нет. В любом случае, я был уверен, что хотя бы подсознательно Октавия была Дарлу благодарна. Он избавил ее от мучительного ожидания и страха. Теперь мы снова сидели в спортивном зале одни, слава моему богу, и нам оставалось только ждать. Мы одновременно посмотрели на лезвия наших ножей, а затем я услышал, как кто-то играет на фортепьяно. Мелодия была тонкая: слабая ниточка, рваное сердцебиение, и какая-то невероятно грустная. В ней было было нечто старомодное, но и нечто детское. Не то забытая колыбельная, не то песенка, услышанная во сне, не взаправду существующая, но притягательная.