Книга Ловец акул, страница 126 – Дария Беляева

Иногда во сне Зоя морщила нос, и я прикасался пальцем к его вздернутому кончику, но она от этого почему-то не просыпалась. Зоя вообще всегда очень крепко спала.

Долго мне не спалось, она сопела рядом, а я ворочался, и вдруг Зоя, когда я в очередной раз постарался поудобнее устроиться, как-то так меня обняла и поцеловала в макушку, даже не проснувшись толком.

— Спи, — пробормотала она.

— Я тебя разбудил?

Но Зоя снова отрубилась. Рот у нее был приоткрыт, а на уголке губ поблескивала крошечная капелька слюны. Я слизал ее, старательно вытянув язык, но Зоя не проснулась. И обнимать меня не перестала. Я слышал биение ее сердца, а я же сентиментальный, как сука. Под это биение я и заснул.

Проснулся я от того, как Зоя хлопала меня по щекам.

— Эй!

— Что? Что тебе надо вообще?

Я даже не сразу вспомнил, как ее зовут. Она низко наклонилась ко мне, коснулась кончиком носа моего носа, и я почувствовал запах зубной пасты. Зубы Зоя, я уверен, почистила моей зубной щеткой. Очень в ее стиле.

— Хочу в зоопарк, — сказала она и засмеялась. — Своди меня. Только давай позавтракаем.

Я подохуел.

— Ух ты! Я думал, ты как протрезвеешь, так сразу и свалишь.

— Рассчитывал на это?

Я улыбнулся.

— Неа.

Она провела пальчиком по моей щеке, бриллиантзаискрился от движения света.

— Это очень красиво, конечно, но давай-ка сделаем тебе зубы?

— В смысле?

— Зубы сделаем тебе, я имею в виду.

— Золотые? — заржал я.

— Ну, хочешь — золотые. Не проблема. Все равно не особо видно будет, а тебе приятно.

— Да они стоят, как крыло от боинга.

— И? Можно и крыло от боинга купить, если надо! — она звонко и совершенно невинно, как телка-нимфа с картины, засмеялась.

— Это я тебе должен говорить.

Она мне подмигнула.

— Эмансипация.

Это слово она словно достала из сумочки, оно ей тоже не принадлежало.

— Кроме того, у меня-то все зубы на месте.

— Но так не будет всегда. В старости я тебе зубы сделаю. Обещаю.

— Челюсть вставную, — прошепелявила она. — Но в старости уже не важно. Целоваться же не надо. А так я языком тебе в десну утыкаюсь, и мне сразу смешно.

Все у Зои получалось естественно, она в любой момент могла начать любой разговор, и проснуться со мной вместе в моей однушке на краю Москвы ей было нормально, а, может, даже и приятно.

— Все, — сказала она. — Пошли завтракать. Побыстрее меня покорми, а то вдруг зоопарк закроется! Ты был там вообще?

— Неа, — сказал я. — Ни разу в жизни не был в зоопарке, веришь вот? Дикое животное видел только в зеркале.

Она засмеялась, поцеловала меня в лоб.

— Кстати, ты так невнятно говоришь из-за зубов?

— Нет, потому что я с Урала.

— Экзотично, — сказала Зоя, и это было совершенно ее слово, будто она его придумала.

— Лады, — сказал я. — Пошли пожрем, что ли. Не знаю, правда, что у меня в холодильнике.

— Обычно это означает, что там ничего нет, — Зоя изрекла эту мудрость и унеслась на кухню.

— Ну, яйца есть! — крикнула она оттуда.

Я пошел за ней.

— Вот это ты попрыгушка! — сказал я с восхищением.

— Попрыгушка? Смешное слово! Лягушка-попрыгушка!

Я заглянул в холодильник вместе с ней. Безрадостное, конечно, зрелище.

— Ну, давай яичницу пожарю. Сосиски вон есть какие-то. Сейчас срок годности посмотрю.

Сам бы я и так сожрал, но при даме хотелось казаться ответственнее.

— Вроде нормальный, — сказал я, тщательно осмотрев упаковку сосисок. — Ты вообще хочешь такое?