Книга Ночной зверёк, страница 49 – Дария Беляева

— Мне нравится твоя страсть, — сказала Царица. Голос ее был холоден, будто не она кричала под ним десять минут назад. Адрамаут засмеялся, потом высунул язык.

— Правда? А я все думал, почему ты держишь меня здесь.

Царица чуть вскинула бровь, и Адрамаут закрыл рот так быстро, что у него зубы клацнули.

— Я хочу чтобы вечером вы с Мескете присутствовали на пиру. Тамзир разочаровал меня, и он будет главным блюдом. Вы приготовите его для меня.

— Как скажешь, моя Царица, — ответил Адрамаут. — Мы будем рады развлечь тебя и твоих гостей.

Адрамаут взял с подноса розовато-голубое, как рассвет, легкое, погрузил в него зубы, отодрав кусок.

Царица смотрела на него, потом легкая улыбка тронула ее тонкие, обескровленные губы. Она повернулась спиной к Адрамауту, и он увидел, как спускаются вниз ее щупальца. Спина Царицы была изукрашена шрамами, некоторые из которых Адрамаут и Мескете оставляли ей лично. Царица зажгла свечу, и ее пламя окрасило пальцы Царицы золотом.

— Мне нравится твоя страсть, — повторила она. — Ты отдаешься ей, а это важно. Я вознагражу тебя за это, Адрамаут. Пойдем со мной.

Адрамаут коснулся пальцем остатков легкого, и плоть под его прикосновением расцвела алым, крохотные сосудики лопнули. Ткань легких сложилась в подобие диковинного цветка, который Адрамаут заткнул себе за ухо. Больше ничего он на себя надевать не планировал.

Они шли узкими и запутанными коридорами дворца. Весь он был выстроен нарочито искаженно, неправильно, легко было потеряться и никуда, никогда нельзя было прийти вовремя.

Царица спускалась вниз, и Адрамаут следовал за ней. В конце концов, они спустились туда, где в нормальном мире, не охваченном разрушительным безумием, должен был располагаться подвал.

Во дворце никакого подвала не было. Царица открыла дверь, и Адрамаут увидел ступени, спускающиеся прямо в бессмысленную, страшную пустоту. Ему захотелось сойти туда, но Царица остановила его.

— Нет, Адрамаут. Ты знаешь, что там?

— Ничего? — спросил он. Ступени шли вниз, пока не заканчивались в туманной, фиолетово-черной пустоте. Как шагнуть в ночное небо, только с другой стороны.

— Мать Тьма, — сказала Царица. — Там покоится в сладком нигде источник того, что каждый из нас носит на сердце. Когда я становилась царицей, я прошла шесть ступеней вниз, седьмая стала для меня непосильным испытанием.

Адрамаут посмотрел на сотни ступеней, ведущих вниз.

— Я потеряла свой разум, когда проходила эти испытания. Говорят, тот, кто дойдет до конца познает суть всего. Дошедший до конца понимает, зачем нужна тьма и в чем его предназначение. Но велика опасность,что твой разум будет раздавлен раньше или что ты умрешь, пока будешь преодолевать ступень за ступенью. Выберешь смерть. Добровольно, как избавление.

— Выберешь смерть? — спросил Адрамаут.

— Только со стороны кажется, будто ты просто спускаешься вниз. Внутри тебя происходят события гораздо более насыщенные. А если пройти из этих ступеней первые тридцать, то можно добраться до Материнских Слез. Ими Мать Тьма оплакивала свое несчастное, обреченное на страдание творение. Говорят, эти слезы так ядовиты, что могут уничтожить сами души людей света. Нам же не причинят никакого вреда. Мало кто решался отправиться за Материнскими Слезами и никто не выдерживал больше семи ступеней. Однажды я найду способ добраться вниз и собрать Слезы нашей Матери. Я ведь Царица Тьмы, в этом моя обязанность, разрушить мир света, хоть многие об этом и забывают.