Книга Красная тетрадь, страница 116 – Дария Беляева

– Ничего не значит, – сказал Валя.

И стала очень загадочной.

Водитель катера спросил:

– Готовы, ребятишки?

Я начал проверять свой спасательный жилет, но Андрюша и Валя отрапортовали:

– Всегда готовы!

И катер, страшно взревев, мгновенно вспенив в белизну воду, рванулся вперед.

Как же это прекрасно! Ветер в лицо и брызги! В груди так пусто и так легко, как на карусели, и огромное синее море несется навстречу.

Рев катера пугал чаек, и они заходились отчаянными криками. Пахло бензином, приятно и резко. Запах бензина странно смешивался с запахом моря. Валя смеялась, и ветер трепал ее светлые волосы. Даже Андрюша улыбался.

Валя вдруг раскинула руки и случайно стукнула меня по носу, но я не обиделся, только удивился.

Все меня удивляло. Катер несся все быстрее и быстрее, и мне казалось, что он сейчас взлетит. Эх, были бы у него крылья!

Такие прозрачные и длинные крылья, как у стрекозы, чтобы летать над водой.

Мне так понравилось!

Сейчас вот смотрю на этот катер, на то, как качается он на волнах. Нас обещали еще разок всех покатать.

Покатают, надеюсь!

ДОРОГАЯ МОЯ СЕСТРИЧКА, ГАЛЕЧКА, ЗДРАВСТВУЙ! ПИСЬМО ТВОЕ Я ПОЛУЧИЛ И ОЧЕНЬ ЕМУ РАД. Я ТЕПЕРЬ ВСЕ ВРЕМЯ ПЕРЕЧИТЫВАЮ ТВОЕ ПИСЬМО. СПАСИБО ТЕБЕ ЗА НЕГО.

ТЫ УЖЕ ОЧЕНЬ ХОРОШО ПИШЕШЬ И ВООБЩЕ СОВСЕМ БОЛЬШАЯ! СКОРО ТЫ ПОЙДЕШЬ В ШКОЛУ, И ТАМ, Я УВЕРЕН, ТЫ ВСЕХ ПОРАЗИШЬ СВОИМИ УМЕНИЯМИ.

НЕКОТОРЫЕ БУКОВКИ ТЫ УЖЕ ВЫВОДИШЬ, КАК НАСТОЯЩАЯ ВЗРОСЛАЯ.

Я ТЕБЕ С ЭТИМ ПИСЬМОМ ВЫШЛЮ КРАСИВЫЙ КАМУШЕК, КОТОРЫЙ ДЛЯ ТЕБЯ НАШЕЛ.

ОЧЕНЬ Я ПО ТЕБЕ СОСКУЧИЛСЯ, НО НАМ СКАЗАЛИ, ЧТО В МОСКВЕ МЫ МОЖЕМ ОКАЗАТЬСЯ И НЕНАДОЛГО, А ПОТОМ СРАЗУ ПОЕДЕМ НА КОСМОДРОМ.

ТАК ЧТО, ДОРОГАЯ МОЯ СЕСТРИЧКА, ПУСТЬ КАМУШЕК ПРИЕДЕТ К ТЕБЕ РАНЬШЕ, ЧЕМ Я.

ХРАНИ ЕГО БЕРЕЖНО, НИКОМУ НЕ ОТДАВАЙ, ЗАГАДАЙ САМОЕ ЗАВЕТНОЕ ЖЕЛАНИЕ И НОСИ ВСЕГДА С СОБОЙ.

А КОГДА ТЫ ВЫРАСТЕШЬ СОВСЕМ, ТО ПЕРЕДАШЬ ЕГО СВОИМ ДЕТЯМ.

В ОТВЕТНОМ ПИСЬМЕ РАССКАЖИ МНЕ, КАК ПРОХОДИТ ТВОЯ ПОДГОТОВКА К ШКОЛЕ.

КОНЕЧНО, ТЫ ПОЙДЕШЬ В ШКОЛУ ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ ГОД, НО НАДО НАЧИНАТЬ ГОТОВИТЬСЯ УЖЕ СЕЙЧАС.

ЧТО ВООБЩЕ ТЕБЯ ВОЛНУЕТ, ЧТО РАДУЕТ? МНЕ ВСЕ ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО.

И ПИШИ ТАКИМИ ЖЕ КРАСИВЫМИ ЦВЕТНЫМИ КАРАНДАШАМИ.

ЛЮБЛЮ ТЕБЯ.

Вечером мы опять ходили в кафе. Правда, нам ничего нельзя было есть, но мы пили лимонад и слушали музыку.

Снова пела мама Маргариты. Пела красивые песни своим игривым голосом.

А вот самой Маргариты не было.

Я все хотел спросить у Володи, как так вышло, что он стал танцевать с Маргаритой, но не решался, потому что это выдало бы мою излишнюю заинтересованность.

Маму Маргариты слушал и Жорж. Он сидел за столиком совсем близко к сцене и пил шампанское. Выглядел Жорж, надо сказать, очень буржуазно. Я такого не одобряю, но ему шло.

После почти бессонной ночи и всех впечатлений мы устали, но уходить не хотелось. Сцена под открытым небом, колыхающаяся ткань навесов над летней верандой, неторопливые официанты и море сбоку, такое бьющееся, как сердце, – все это было для меня праздником.

Фира сказала:

– Как будто у меня сегодня день рожденья.

Максим Сергеевич сказал:

– Рад, что ты так думаешь, Кац. Кстати говоря, не хотите послушать идею моей новой книги?

Думаю, не ошибусь, если скажу, что никто из нас не хотел.

Но все мы стали слушать.

– Значит так, – сказал Максим Сергеевич. – Это история очень одинокого лося. Он был единственным в лесу. То есть в лесу жили лисы, волки, олени, медведи, куницы, но других лосей не было. Не знаю, как он там оказался, но факт, ему было совершенно не с кем поговорить о своих лосиных делах.