Книга Портрет содержанки, страница 11 – Ника Черри

— Ну что? — нетерпеливо спрашиваю. — Есть там наличка?

В висках ещё стучит адреналин. Я готова сейчас пробежать стометровку за рекордно короткое время, так взбудоражена произошедшим.

Пахан шуршит по портфелю. Внутри кипа бумаг и пачка денег, перевязанная тонкой резиночкой. То, что нужно. Он, не разглядывая, отбрасывает бумаги в сторону, я только успеваю заметить на шапке заголовок «Договор оказания услуг личного характера по сопровождению», и приступает к дележу награбленного. Не обманул, всё поровну, на троих.

— Держи, — протягивает мне сто тридцать шесть тысяч рублей налом.

— Кто вообще возит с собой столько наличных денег? — удивляюсь я, присвистнув. — Я думала, все уже давно перешли на безнал, особенно такие.

— Тебе что-то не нравится? — ехидничает Витёк. — Тогда давай сюда!

— Нет-нет! — спешно сую за пазуху свою долю. — Всё ок.

— Ну тогда вали. И не вздумай рот свой раскрывать! — нервно дёргается Громов, осматриваясь по сторонам.

— Успокойся, он нас не найдёт, — хлопает его по плечу Пахан. — Да и вряд ли станет искать. Для таких, как он, это копейки, пыль. А договора все пустые, не заполнены ещё, так что всё фигня.

— Парни, спасибо, — наконец-то прониклась я ихщедростью.

Ведь могли же и не позвать, могли оставить ни с чем, или кинуть в лицо жалкую тысячу и отправить в пешее эротическое путешествие, а тут, получается, сдержали слово. До последнего не верила.

— Одежду оставь себе, — раздражённо бросает Витёк и гонит меня со своего байка.

Стремглав мчусь домой, не забыв забежать в магазин за шоколадкой. По пути думаю, куда бы лучше спрятать такую огромную сумму денег, в вентиляцию на кухне или в спальне под скрипящей половицей.

Радостная, на эндорфинах, забегаю домой и ищу глазами Аню, но нахожу лишь пару чужих ботинок в прихожей. Сначала подумала, что отчим опять кого-то привёл, но постепенно начинаю понимать, что что-то тут не сходится. Слишком уж они чистые и дорогие для обычного забулдыги.

— Мам, у нас гости? — кричу, проходя на кухню.

— Доченька, — выбегает она в коридор. — Что это на тебе надето?

Одёргивает мою майку, прикрывая оголившийся пупок. Свой халат посильнее запахивает.

— Мам, что с тобой? У нас там что, английская королева?

Пытаюсь шутить, настроение прекрасное. Хотя странно, ей всегда было плевать, во что одеты её дети.

Моя довольная улыбка мигом улетучивается, когда за кухонным столом я вижу того самого мужика из тачки с «шестёрками».

— Ну здравствуйте, Маргарита Николаевна, — обращается он ко мне противным чересчур вежливым тоном.

— Как вы меня нашли? — оседаю на шатающемся стуле по другую сторону кухонного стола.

Ой, мамочки, что сейчас будет⁈ Может, обойдётся, мужик вроде не выглядит рассерженным, наоборот, очень довольный, даже чересчур.

Он брезгливо озирается по сторонам. Чай перед ним, заботливо налитый моей мамой в лучшую кружку, не тронут. Но вид счастливый, будто в лотерею выиграл.

— У меня много полезных связей, — спокойно объясняет он. — Вы ведь даже не догадывались, с кем связались.

Витёк меня убьёт, если я их выдам, а Пахан ему поможет закопать моё бездыханное тело где-нибудь на пустыре, поэтому выход у меня только один — взять всю вину на себя и надеяться, что с мужиком можно будет договориться по-хорошему.