Книга Мой прекрасный враг, страница 27 – Ники Сью

В дневник я залез больше из вредности, открыл последнюю запись, а там сплошные дифирамбы Власову, смазливому перваку. Мажорик, который сутками зависал в клубах, прожигал бабки родителей и менял девчонок как перчатки. В общем-то, моя полная копия два года назад, за исключением, драк. Егор был тихий парнишка, я же вечно влезал. Характер, мать его, не пропьешь.

Оксанке, ясное дело, я ничего отдавать не собирался. Она вроде только ожила, общаться с друзьями стала, так что бередить старые раны – себе дороже. Однако проучить стерву Королёву, посмотреть, как ломается брешь в ее короне, показалось очень даже хорошо.

Может еще и поэтому меня задел ее поступок с договором. Он шел в разрез с образом в моей голове. Ведь Полина могла запросто проучить своего врага, потом злорадно хихикать, а она наоборот, рассказала отцу. Да еще как рассказала, спектакль целый устроила, зашифровала. Главное, все поверили, даже этот усатый Леня, который мне с первого дня знакомства не нравился.

Ну и старик, конечно, оценил поступок Королёвой, велел мне ей премию выписать. Ясное дело, он знать не знал, на каких правах эта девчонка тут вообще оказалась.

Чуть успокоившись, я вышел на улицу и принялся ждать, когда Полина спуститься. Мимо меня проскользнул Аркадий Львович, вполне уважаемый мужик, повернутый на деньгах и своей тачке. Мы обменялисьлюбезностями, и он шмыгнул за ворота, к себе в машину. Следом выскочила и Королёва, в своем этом белом пальто, россыпью пепельных волос, что лежали на ее худеньких плечах. Ну Снегурочка, не иначе.

– Поехали, – кинул я ей, выходя первым за территорию клуба.

– Я сюда больше не приеду, – буркнула Полина, усаживаясь на пассажирское сидение. К моему удивлению, и в этом моменте она держалась больно скромно, скованно. Не было в ней раскрепощенной уверенности, с которой девчонки прыгали ко мне в тачку. Если бы не рассказы Оксанки, я бы в жизни не поверил, какая блонда на самом деле стерва.

– Если хочешь получить обратно дневник, приедешь, – напомнил я, выруливая с площадки. Может, и стоило закончить на этом, но в голове так и звучали рыдания сестры. Однозначно одного дня мучения будет мало.

– Вот скажи честно, – блонда кинула на меня такой строгий, до ужаса хмурый взгляд, что по идее я должен был проникнуться, но стало наоборот весело. И нет, не потому, что я чувствовал себя главным в данной ситуации, просто Полина выглядела забавной. На ее лице мелькали неподдельные, живые, в какой-то степени даже детские эмоции, которые не присущи современным девушкам.

– Что именно ты хочешь услышать?

– За что ты на меня взъелся? Ну что, – со вздохом произнесла она. – Было бы лучше, если бы твой отец подписал этот проклятый договор?

– Тебя это вообще не касается, – сжав крепче руль, я отвернулся. Ситуация с договором меня и самого злила, и дело было даже не в Королёвой. Выходит на фирме у отца, прямо у нас перед носом, завелась крыса, которую мы благополучно вскармливали на своих плечах.

– Вот именно, – зачем-то пояснила блонда, но уже понизив голос. – Мне просто показалось, что это неправильно. А я не люблю, когда неправильно, это… против моих убеждений.

Я скосил взгляд на девчонку, задаваясь вопросом: откуда взялась эта, так называемая, правильность и где она была, когда мою сестру бросил Щукин? Неужели Королёва в самом деле думает, что я дурак, развешу уши и съем ту лапшу, которую она активно пытается навешать?