Книга Девочка, ты попала, страница 140 – Ники Сью, Кейт Вэйл

Ноги едва не подкашиваются от ужаса, но я так сильно впиваюсь ногтями в ладонь, что боль становится своего рода якорем, которые помогает мне выстоять.

— Агата, это правда? У тебя отношения с Орловым? — спокойно интересуется ректор, в то время как злобная стерва едва не выпрыгивает от радости из своего потрепанного костюма.

— Конечно, это правда. Я же все вам рассказала.

Что мне сказать? Признаться и потерять работу? Вновь искать себя и жить на жалкие сбережения? Как же надоело, что на моем пути вечно препятствия, которые так и норовят заставить меня отступить. Я больше не хочу так. Нет ничего плохого в том, чтобы быть счастливой и бороться за свое счастье.

— Я не знаю, что Анна Дмитриевна могла видеть с такого далекого расстояния, — я специально даю понять, что видела ее. Она хочет унизить меня, показать, где мое место, но пусть не забывает: мы с ней на равных и я больше не та зашуганная студентка, которая боялась каждого ее слова.

— О, я многое видела! Например, как вы держались за руки!

— Да, Матвей и правда обнимал меня, но это было связано с тем, что в парке ко мне приставали, а Орлов оказался рядом и защитил меня, как и подобает воспитанному молодому человеку. — Если она решила устроить публичную порку, то у ведьмы ничего не получится. Гордо вскинув голову, устремляю серьезный взгляд на декана. — Не думаю, что помощь в тяжелой ситуации считается чем-то непозволительным. И я уже тем более, никогда не могла подумать, что у нас практикуется публичное унижение.

— Агата, ты все не так поняла. Я всего лишь хотел уточнить, — взгляд Николая Викторовича смягчается, теперь он полон сожаления. Тяжело вздохнув, мужчина поправляет галстук и поворачивается к Анне Дмитриевне, сжав губы в тонкую линию. — Думаю, вам стоит принести извинения, — строго чеканит ректор. Проклятая стерва открывает рот, чтобы возразить, но он прерывает ее суровым взглядом. — Больше я не потерплю подобного цирка. Надеюсь, это всем понятно. Извините, Агата Сергеевна.

Лицо завистницы покрывается красными пятнами, а на висках выступает испарина. Ее ноздри так широко раскрываются, что она похожа на огнедышащего дракона, который вот-вот сгорит от собственного пламени.

По зданию университета раздается звонок, оповещающий о скором начале пары. Я не собираюсь ждать ее извинений. Они мне не нужны. Поэтому беру сумку и все также спешу покинуть кабинет, с видом абсолютно уверенного в себе человека.

— Мне пора на занятия, если никто не против, — обхожу ее в тот самый момент, когда она что-то шипит в мой адрес.

Я больше не позволю втаптывать себя в грязь.

Последние три дня у нас с Ди, словно медовый месяц, хотя близость, конечно, далека от молодожёнов. Утром я встречаю ее у подъезда, под заинтересованные подглядывания местных ранних бабушек, и мы вместе едем в университет. У ворот расходимся, потому что Ди пока просит сохранить наши отношения в тайне. Она не знает, как преподнести брату и подруге свою новую личную жизнь, ну а я просто не давлю на неё.

После пар мы вместе едем куда-то, но обязательно не домой. Допустим, вчера сходили на новый фильм Гая Ричи, но вместо страстных поцелуев, залипли в экран. А потом погода испортилась, и мне пришлось отвезти Ди домой, самому же отправиться на тренировку.