Книга Ты и Я - Сводные, страница 61 – Ники Сью

И вот вроде я успокоилась, перестала накручивать себя на тот счет, что мы практически лежим вместе, что подобного опыта у меня отродясь в жизни не было, и что в принципе в данной ситуации ничего сверхъестественного нет, как появился новый повод екнуть моему сердечку. Когда второй эпизод почти закончился, а за окном набежали свинцовые тучи, и в комнате потемнело, Царев начал засыпать. Его тело дернулось, заставляя меня моментально среагировать. Я перевела взгляд на Илью, он уже кемарил, едва носом не касался груди. Потом и вовсе склонился вправо, упираясь головой о мое плечо. Его тело видимо самостоятельно решило использовать меня в качестве подушки. Стоило бы закончить этот сеанс релакса, но Царев мне показался таким милым, беззащитным, словно маленький ребенок. Я уже и на фильм перестала обращать внимание, только и делала, что смотрела на парня рядом. Почему-то захотелось провести пальчиком от лба, вдоль идеально ровного носа, пройтись по пухлым алым губами коснуться подбородка.

А еще хотелось дотронуться до непослушных прядей волос, попробовать их на ощупь: мягкие они или жесткие. От Ильи исходил приятный запах мяты, и почему-то я не смогла сдержать улыбку. Как хорошо, что он спит. Было бы странно, если бы он застал меня такую. Надумал лишнего. Просто… просто спящие люди все очень милые и Царев не исключение.

Стоило только выдохнуть, хоть немного перевести дыхание, как Илья вдруг положил ладошку мне на живот, горячую такую, обжигающе горячую. И сам всем телом повернулся, прижимаясь ко мне. Мурашки стаей пробежались по телу, а сердце начало ускоренно бухать в грудной клетке. Даже губы пересохли от нахлынувшего волнения. Горячая вибрация спустилась до самых ступней, а щеки залились краской. Голос в голове настойчиво шептал: «вставай и уходи. Он — парень, я — девушка, мы не можем вот так лежать вместе». Это… это попросту ненормально. От такого вообще-то дети бывают. Ну не совсем от такого, конечно. Только мне почему-то не хотелось уходить.

Илья сладко посапывал, а я с замиранием и наглостью рассматривала вблизи каждый сантиметр его лица. И ноги как-то послабели, и в груди все сладко сжалось. Так спокойно стало, будто плывешь на корабле в штиль. Теплый ветер обдувает щеки, а лучи солнца припекают макушку. Захотелось закрыть глаза, захотелось просто на минуточку представить, какого это — быть его девушкой. Да, это крайне глупо. Таких как я у Ильи точно было предостаточно. Только сейчас почему-то все равно. Вот он лежит рядом, вот прижимается ко мне, мы вдыхаем с ним общий кислород. Столько “мы” вокруг, столько общего. Одного на двоих.

И я поддалась порыву. Опустила ресницы, сделала глубокий вдох.

Всего минутку.

Склонила голову, упираясь щекой в его пушистую шевелюру на макушке. Поймала себя на мысли, что запах мяты чертовски вкусный, и надо бы себе тоже прикупить такой шампунь.

Илья

Давно я не видел такие яркие сны: невероятных размеров поле, усыпанное подсолнухами. Ветер играл с их шапками, качал в разные стороны, а я лишь молча любовался. Стоял где-то на возвышенности и смотрел, как золотистые лепестки тянуться к солнцу. Шмели подлетали к сердцевине, иногда садились, а иногда кружили рядом в нерешительности. Вокруг ни души. Только и я яркие подсолнухи. Такие манящие и такие теплые, что и одиночествоне страшно. Кажется, если спустишься вниз, они обхватят тебя в свои объятия, укроют от любых морозов.