Книга Ты и Я - Сводные, страница 108 – Ники Сью

У нее есть парень.

Звучало набатом в голове, разлеталось на тысячу мелких частиц и собиралось вновь.

— Пошли, — скомандовал Царев, дотрагиваясь до моих ледяных пальцев. Я покорно поднялась, как марионетка на шелковой нитке, выполняя команды. Ноги шли сами, не чувствуя твердости, будто шагаешь по воде. Впереди его широкая спина, в воздухе его запах, а душе тепло от столь желанной и неожиданной близости.

У нее есть парень.

Разливалось, подобно радуге после дождя. Семь разных эмоций летали бабочками в животе. Это как выиграть в лотерею бессмертие, как оказаться на краю света, как увидеть летящую комету или встретить рассвет в горах.

Мы поднялись на наш этаж. Остановились напротив моего номера и замерли, всматриваясь в лица друг друга. Илья в этот раз смотрел на меня иначе, он так раньше никогда не смотрел. Будто изучал, будто искал ответы на вопросы, что делать дальше. На мгновенье я смутилась и прикусила край нижней губы. А вдруг, сейчас случится что-то плохое. Вдруг он заберет свои слова обратно. Вдруг это было минутное помутнение. Количество «вдруг» зашкалило, и я как-то уж слишком громко вздохнула.

— А давай самолетик запустим? — неожиданно заговорил Царев, разрывая тишину, между нами.

— Самолетик?

— Мы же на девятом этаже, да и там ветер. Должен хорошо полететь.

— Я…

— Тольков номер зайти надо.

— Л-ладно, — неуверенно кивнула. Мы вошли в комнату, и Царев вытащил из прикроватной тумбы листок бумаги с ручкой. Я же молча топталась у входа, не особо понимая, что происходит.

— Вот, — протянул он мне принадлежности.

— Зачем?

— Будем избавляться от страхов. Напиши то, чего ты боишься. А затем отправим этот страх восвояси.

— Да? — смущенно удивилась я, столь неожиданной идее. — Но самолетики не умею делать, так что…

— Я может не самый лучший парень, но самолетик смастерить смогу. — Усмехнулся Царев, и на его лице появилась очаровательная улыбка. Такая нежная и такая добрая, будто само солнышко вышло согреть в морозную зиму.

Наверное, нужно было написать что-то более стоящее, но в данный момент я боялась только одного — потерять парня рядом. Он как ураган ворвался в мою жизнь, как безумный вихрь.

— Отвернись, — попросила смущенно, боясь, что Царев заметит мой страх на бумаге.

— Ой, да ладно. Будто я не знаю, чего ты боишься, — закатил он глаза, но отвернулся. И я написала.

Не хочу тебя потерять.

Затем свернула листок, так чтобы текст было незаметно, и протянула Илье.

— Только не подглядывай, — попросила робко я.

— Забавная ты, Даша. Ладно, сейчас будет самый неуловимый самолетик у нас. — Быстрыми движениями Царев соорудил крылатое существо и подошел к балкону. Открыл двери, позволяя прохладному ветру проникнуть в комнату.

— Держи.

— Я?

— Ну не я же, — усмехнулся он. Протянул самодельный бумажный самолетик с моим страхом. Я взяла, покрутила его в руках, приподнял вверх, даже замахнулась, но потом опустила руку.

— А вдруг не полетит? Тогда страх не исчезнет?

— Так и скажи, что нужна моя мужская сила, — Илья подошел ближе, оказываясь за моей спиной. Одна его рука легла на мое плечо, а другая коснулась моих пальцев, которыми я держала самолетик. Затем он склонился ко мне: так близко, что я почувствовала аромат его парфюма с нотками цитруса. Сердце пропустило удар.

— Закрой глаза, — томным голосом прошептал на ушко Царев, почти касаясь мочки. У меня не просто мурашки побежали по спине, пульс частить начал, а по венам полился огонь. Безумие. Сумасшествие. Желание, от которого сносит крышу и вырастают крылья.