Книга Развод. Все закончилось в 45, страница 28 – Ники Сью

‍– Интересный ход. Хорошо, будем исходить из таких условий, – неожиданно Троцкий принял мой план. Я даже рот от удивления открыла, удивившись, что он так легко согласился.

– Правда?

– Я же говорил, что ты справишься, – его слова прозвучали для меня настолько в новинку, что сердце как-то странно отреагировало. Впервые за эти серые недели, в которых не было место радости, я невольно улыбнулась.

– С-спасибо, – кивнула робко, ощутив прилив сил, что справилась с первым заданием на работе. Да, оно выполнено странно, но раз начальство говорит хорошо, то о чем мне переживать, правильно? А еще я подумала, что не помню, когда меня в последний раз вообще хвалили.

Дома моя работа была из разряда обязанности. Завтрак? Не обсуждается. Обед и ужин? Не обсуждается. Уборка? Конечно. Стирка и глажка? А как без этого. Мне никто не говорил спасибо или что я молодец. Порой, когда я загружала тарелки в посудомоечную машину, ждала, что Федор подойдет и скажет, как ему повезло со мной. Поцелует в щеку, улыбнется. Он же молча вставал, уходил к себе, а следом за ним и Алла.

Я и забыла, какого это – когда твоя работа принесла кому-то пользу. Когда твой труд оценили. Оказывается, это приятно.

– Ксения, еще, – Троцкий заставил меня перевести на него взгляд. – Позвони в юридическийотдел, узнай у них насчет документов, которые я передал на днях. Они должны подготовить договор, счет и акт. Если все готово, то мы поедем прямо сейчас. Клиент важный, нельзя терять время.

– Мы? – переспросила я, немного опешив.

Глеб выгнул бровь, его прямой пронзительный взгляд, заставил меня стушеваться.

– Какие-то проблемы?

– Нет, – помедлив, ответила я. Неужели мне придется сопровождать Троцкого еще и где-то на людях?

Только я сажусь в своё рабочее кресло, как начинает вибрировать телефон, лежащий на столе. Притом так активно, словно случилось что-то серьёзное и всем рассылают массовые сигналы бедствия.

Провожу пальцем по экрану, и мне сразу прилетают входящие сообщения в новом чате. Раньше его не было, там и дата стоит сегодняшняя. Взгляд цепляется за название чата: «Новый год в десятом «Б»». Добавила меня туда глава родительского комитета. Значит, они что-то обсуждают к предстоящим праздникам.

Хочу уже отложить телефон, но вдруг замечаю сообщение от Аллы:

«А.: Может, в „Белую ночь“ пойдём?»

Несколько ребят ей отвечают, и, судя по общему потоку сообщений, я понимаю, что они решили отпраздновать Новый год вместе с родителями и классным руководителем. Хотя странно, конечно: раньше мы никуда толком не выбирались. Не сказать, что у Аллы прямо недружный класс, скорее необщительный. Одним надо в пейнтбол играть, другим — на конях кататься, третьим — на сноубордах в горах развлекаться, а кому-то подавай ресторан и бальное платье. Из-за этого чаще всего разговоры оставались только разговорами.

За прошедшие десять лет мы выезжали группой разве что в Питер и то несколько раз — на пикник в младших классах. Всё.

Дочитать переписку не успела, входящий вызов прервал. Звонила Надя Алиева — как раз глава родительского комитета. Она же жена одного судьи, о котором многие отзываются нелестно. Они живут в огромном особняке, у их дочери личный водитель, и одеваются Алиевы тоже в бутиках премиум-класса. Хотя не они одни, в нашем классе почти все такие шишки, ничего необычного для лицей, в котором учится Алла нет.