Книга Бунтари элитной академии, страница 21 – Кэрри Прай, Ники Сью

Демидов замер. Его лицо вытянулось.

– Что ты, мать твою, несёшь? – скривился он. – Какое, к чёрту, искусство? Какой романтизм? Совсем башкой поехал? Называй вещи своими именами: я стал лапать сучку, а ты меня покусал.

Желчь подступила к горлу. Кулаки заныли от боли. Мне наверняка не послышалось, но и верить в услышанное не хотелось.

– Это правда? – выдавил я, едва сдерживаясь.

– Допустим, – спокойно произнёс Рогов.

– И ты помешал ему?

– Не помешал, а всего лишь помог растянуть удовольствие. Всякая игра теряет смысл, если всё достаётся тебе на линии старта. Охоту красит внезапность, добычу страх. И я никому не позволю лишить меня этого наслаждения. Я внятно изъяснился? – угрожающий взгляд охватил всех присутствующих.

И вот снова, он говорил об Арине так, будто она была тряпичной куклой. Пустышкой, без права на неприкосновенность.

Я хотел его убить.

– А, по-моему, ты просто красовался, – буркнул Вова. – Только вспомни, раньше об этом и речи не шло. Мы никогда друг другу не перечили. А что теперь? Грызёмся из-за тёлки? Так и до смуты недалеко.

Андрей перестал дышать. И недурно, ведь одна мысль о расколе «семьи» была для него подобно агонии. Он сопоставил себя с Богом, и возвращаться к смертной жизни был не намерен.

Его собственность – только его. Вчера. Сегодня. Навечно.

Я же содрогался от изощрённости его мыслей: он погладил девчонку по голове, чтобы после свернуть ей шею. Немыслимое извращение.

– Не усложняйте, братья, – приподнявшись, вставил Матвей. – Никто не достоин наших эмоций. К тому же, я уверен, Андрей знает, что делает. Он никогда не пойдёт против братства. Ведь так? – посмотрел он на Рогова. – Развей сомнения Вовы и сделай следующий ход. Так нам всем будет спокойнее.

– Да, покажи ей, что расслабляться рано, – Демидов весело подпрыгнул на месте, сложив руки у рта, точно в молитве.

Блаженно улыбнувшись, Альфа проработал шею.

– Обещаю, я стану её личным кошмаром. Не сомневайтесь в этом. Всему своё время. Но а пока нас ждёт вечеринка куда интереснее, – его взор снова коснулся меня. – Ты готов, Дан? Вечер будет что надо.

Готов ли я к голодным играм, участвуя в которых, могу заполучить компромат? Конечно же, да. Готов ли я уничтожить тебя, как только появится шанс? Безусловно. Готов ли я притворяться дальше, чтобы ты и твои дружки канули в бездну к Дьяволу, где им и место? Несомненно. И, наконец, готов ли я пойти на всё, чтобы защитить Арину от такого беса, как ты? Вне всякого сомнения.

Знай, Рогов, что в этой игре ты отнюдь не единственный игрок.

Дождь словно знал, в какой момент нужно эффектно блеснуть на серой сцене. Его капли стучали слишком громко по ткани моего капюшона, а звук завывающего ветра и шелест листвы в темном лесу погружал в особую атмосферу обреченности. Сумрак накрыл лес черным целлофановым пакетом без всякой надежды на просвет. Даже природа ненавидела этот чертов дьявольский котел.

Впереди шли двое: Миша Китов и Ваня Назаров. Оба стипендиаты. Две жертвы и два участника богоподобной игры.

Мишу перевели к нам год назад. Отличник, лучший на курсе, перспективный и довольно амбициозный парень из бедной семьи, чертовски бедной: родители еле сводили концы с концами, а там еще и младшая дочь. Китов до копейки отдавал стипендию в семью, для него пятнашка была милостыней, протянутой самим Богом, не иначе.