Книга Ты - моя ошибка, страница 13 – Ники Сью

– А который из них Фил? – спросила Нона Черницова, моя одногруппница.

– Его кажись нет, ну вообще он вроде встречается сейчас с какой-то замухрышкой. – Ответила Синицына. Откуда только знала о таких подробностях? За собой бы следила, а не за как она там выразилась? Замухрышками? Вот за ними. Сама встречается с одним, а спит с Ивановым.

– Да бросит он ее. Пару раз потра*аются и все на этом, – усмехнулась Лилька.

– Но Новиков огонь, а не мальчик, – добавила Алька Рожкова. Она училась вместе с Женькой и Светкой в одной группе. – Такому если и Королеву подашь, может носом покрутит.

Девчонки засмеялись. Так их этот Никита веселил. Правда, смеялись в полголоса, прикрыв рот ладошкой. И вообще лишний раз старались отвернуться, видимо, чтобы он не заметил.

– А этим только и подавай местную звезду, – буркнула Анфиска почти мне на ухо. В конце концов, любопытство взяло вверх. Нет, мне не до влюбленных воздыханий, хватит Женьки, который предал, растоптал и теперь ходит с довольной миной. Просто реально интересно, что там за парень, которому Королеву дашь, а он откажется.

Я опустила ногу с турника, поправила легинсы, и наконец, повернулась. Да только лучше бы не поворачивалась. Сердце забилось, словно баскетбольный мячик, в ушах повис гул. Я даже моргнуть не смогла, так и замерла на месте, разглядывая его – моего незнакомца. Человека, с которым в пятницу потеряла невинность, и чьи ласки до сих пор вспоминаю с щенячий нежностью и стыдом, заливающим щеки.

Он стоял ко мне полубоком, разговаривал с парнями. Высокий, выше всех, широкоплечий, на руках так и выступали венки от накаченных мускул. Белая майка облегала его тело, а черные спортивки подчеркивали спортивные ноги.

– Ветрова, тоже Никита понравился? – глумливо произнесла Алька, и девчонки снова засмеялись. Я же шевельнуться не могла, спину окатила волна холода, вперемешку с диким жаром. На фоне кто-то говорил, но я уже ничего не слышала. Грудь залилась волной стыда, руки стали влажными. Мне вдруг показалось, что все вокруг смеются надо мной, тычут пальцем.

Перед глазами всплыла наша ночь с этим… как его зовут? Никита? Вот с ним. Его жаркие поцелуи, мой негромкий стон… Господи! Какой позор. Почему я не подумала, что встречу незнакомца в универе? Что он может учиться здесь. О чем вообще думала, когда позволяла себя целовать?

Я бы может еще простояла в оцепеневшем состоянии, подобно статуи Свободы. Но откуда-то у мальчишек взялся баскетбольный мяч. Они начали перекидываться, и по нелепой случайности пас полетел не в сторону кольца, а в нашу сторону, в уголок, где толпились девчонки.

– Осторожно! – крикнул Олег Рагозин из моей группы. От него летела подача. Все видимо услышали, разбежались, только я дурочка осталась стоять на месте. И конечно получила за это мячом. Хорошо хоть удар пришелся не по голове, а по плечу.

– Ай! – вырвалось у меня от боли. Я пошатнулась, потеряла равновесие и чуть не упала: вовремя схватилась на турник, возле которого стояла.

– Уль, сорян, – посылал лучи извинений Рагозин.

– Ульян, ты как? – это уже Анфиска подлетела. Я кивнула, мол, пойдет, жить буду. Подняла голову, пытаясь прийти в себя, и сердце в ту секунду совершило кульбит. Потому что он смотрел. Никита Новиков. Смотрел на меня. Тот самый парень – моя ошибка.