Книга Вредина для мажора, страница 71 – Ники Сью

А когда мы почти закончили прием пищи, в дверь позвонили. Я поплелся открывать, Катерина ж наоборот напряглась. Запереживала. Однако в коридор не вышла. Сидела себе скромненько на кухне, прижимая к груди кружку с горячим чаем.

- Мама? – откровенно удивился я, открыв дверь. Родительница стояла на пороге с какими-то пакетами, и пиджаком нараспашку. Влетела пулей, едва не сбив меня с ног. Сразу шмыгнула на кухню. Послышался глухой звук: видать пакеты упали.

Маманя в шоке. Она ж думает, что у нас с Аней любовь и все дела. Черт.

- Добрый день, - тихо поздоровалась Катя, смущенно припуская ресницы. Надо бы в такую минуту думать о том, как выкрутится, а я почему-то залип.Что, в конце концов, происходит? Почему так заглядываюсь на простушку с янтарными глазами?

Клиника. Это точно клиника. Витамины в помощь. Или алкоголь.

- А вы… - мама помедлила, затем перевела на меня взгляд. На лице ее крупными буквами читалось: ты не офигел, сынок. Я и сам об этом подумал, но не в том контексте, в котором думала мать.

- Это Катя. Рин, а это моя мама, Анастасия Александровна. Знакомьтесь.

- Очень пр… - хотело было кивнуть Катерина, но маман перебила. Зыркнула недовольно в мою сторону, губы поджала.

- Я думала, ты болеешь, сынок. А ты… - она качнула головой, ну словно реально переживала. Хотя может и переживала, но долго ехала однозначно. Если бы не Катя, вероятно, я бы уже в прекрасном пушистом облаке встречал новых друзей.

- Болею, Рина меня лечит.

- Где Анна? – жестко спросила мать.

- Понятия не имею. Мам, если ты Аню приехала искать, то адресом ошиблась.

Катя поднялась, и практически на цыпочках выскользнула из кухни. Я не стал ее останавливать. Реально, лучше пусть подождет в спальне, а то маман бывает заносит.

- Это вот… - родительница многозначительно вздохнула, явно делая акцент на личности Катерины.

- Ма, в чем дело? Смотри, - я раскинул руки в разные стороны. – Твой любимый сын в полном здравии. Спасибо, Рине.

- У тебя что-то… - мать перешла на шепот. – С этой девкой? Вы с ней…

- Мам, я начинаю ревновать, - попытался отшутиться. Маме, конечно, не понравилось. Она вообще мыслила однотипно: свадьба, дети, внуки. И все это добро сводила только к Анне. Не, я понимал, откуда такая позиция. Все-таки маман дружит с матушкой Блаженной. Отсюда и бесконечная любовь к «Анечке», но, в конце концов, не перегиб ли это?.. Я ведь никому и ничего не обещал. Уж тем более женитьбу и деток.

- Ромочка, эта… ты должен понимать, что девочки нынче не просто так обхаживают богатых ребят. Там даже схемы есть.

- Мам, ты Малахова пересмотрела что ли? – откровенно усмехнулся я. А вот она, кажется, искренне верила в ту чушь, которую несет. Женщины, что с них взять.

- Прекрати ерничать. Я тебе о серьезных вещах говорю.

- Чай хочешь?

- Рома! – крикнула мать, раздражаясь. Не нравилось ей, что я технично пытаюсь съехать с темы.

- Ну а что? У нас тут сырники есть. Катя, знаешь…

- Такие, как она на таких, какты, дома строят! – завопила мама. И вот тут мне уже стало не по себе. Нет, любовь к Ане границ не знает. Однако ж делать выводы, что Катя хочет меня ограбить, это прямо скажем бред с большой буквы.

- Мам… - вздохнул. – Не кричи, пожалуйста.

- А что не кричи? Пусть знает! Да мне одного взгляда хватило, чтобы понять – золотоискательница! – понесло мать. К моему большому сожалению, на вой вышла Катя. Появилась в проходе, открыла рот, но ничего сказала. Зато я все понял. По глазам ее понял. В них так и застыло что-то граничащее с обидой, злостью и недопониманием.