Книга Вредина для мажора, страница 128 – Ники Сью

«Привет, Ром. Сейчас я не готова с тобой говорить. Давай дадим, друг другу немного времени…»

Когда писала это сообщение, пальцы дрожали, сомнения терзали каждую клеточку в теле. Но мама права: сердцу нужно доверять. Только оно может указать правильный путь, когда вокруг сплошная тьма, когда все звезды осыпались, оставляя черное полотно на небе.

«Где ты? Как ты? Давай увидимся. Я знаю, есть такие вещи, в которые сложно поверить. Но… разве то, что было между нами, не дает мне фору? Кать…»

Я встала и подошла к окну. Посмотрела вниз, на ночную улицу, на полупустую парковку. В нашем дворе почти нет машин, а если и есть, то в основном отечественные. Рома не знает, где я живу. Его априори не может здесь быть. Однако до дрожи в коленках захотелось увидеть его джип под своими окнами. Выбежать, посмотреть в любимые глаза и поверить в каждое слово. Я вздохнула, и спустя, наверное, минут десять, напечатала ответ.

«Я у родителей в другом городе, буду здесь до конца недели. Если ты действительно хочешь увидеть меня и поговорить, приезжай. Но если я в твоей жизни очередной проходной аттракцион, то это отличный шанс разойтись».

С замиранием сердца я отправила сообщение. Думала, Фил будет долго отвечать или вообще не ответит. Но он прислал буквально через пару секунд:

«Жду адрес».

Я чудом уснула почти в шесть утра. Никак не могла перестать думать, что Рома приедет. Теперь мне почему-то хотелось верить ему, и себе, своим ощущениям. Может быть он прав: между нами был трепет и тепло, которое уже дорогого стоит. Сомнений в правдивости фотографии стало больше, а еще Анастасия Александровна, которая спала за стенкой. Удивительно, почему она вообще оказалась в моем городе, у меня дома.

Часа через два мама разбудила. Без повода, просто сообщила, что надо бы позавтракать вместе. Наготовила целый стол, и блинчики, и макароны, и пару салатов, даже мясо потушила. Папа особенно обрадовался.

- Предлагаю всем оставаться у нас на ПМЖ, иначе Леночка не будет готовить столько.

- А тебя баловать вредно, где вот рыба из поездки? – покосилась мама. Отец сразу глазки к потолку, и давай разглядывать лампочку, словно не про него речь.

- Насть, так получилось дозвониться до родни?

- Сын обижен на меня, - ответила Анастасия Александровна, переводя взгляд в мою сторону. Поджала губы, ковыряя вилкой в тарелке с салатом.

- Ты посмотри. Мать в беде оказалась, а он обижен. Вот те на! – возмутился папа. Мне тоже сперва показалось это странным, а потом вспомнила сообщение Ромы, где мелькнула фраза «спасибо маме». Неужели она причастна к фотографии? Неужели хотела опорочить его в моих глазах. Но для чего? Я вызываю у нее такую антипатию, страх, что украду богатства? Меня вдруг накрыла злость и раздражение.

- За что обижен, если не секрет? – холодно процедила, не сводя глаз с госпожи Филатовой. Вот уж не думала, что мы будем завтракать за одним столовом.

- Катюш, ты чего? – удивилась мама резкому изменению в интонации моего голоса. Я положила вилку на стол, откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.

- Вы знаете, Анастасия Александровна, судить людей так легко. Ломать их будущее, решать за них. Только подумайте, а сами вы не оказывались в подобных ситуациях?

- Катя, - прикрикнул отец. – Ты как себя ведешь? Твои странные перепады настроения к нашей гостье никак не относятся. Зачем срываешься на ней?