Книга Вредина для мажора, страница 104 – Ники Сью

– Взаимно, – Катя кивнула, но жест приняла стойко. Губки ее растянулись в обаятельной улыбке, и мне вдруг стало жаль, что я еще не успел попробовать их на вкус.

– Ром, ты бы хоть нас с матерью предупредил. И бабушка в шоке сидит.

– А что бабушка? Бабушка в приятном шоке. Катюша же солнышко, я все одобряю, – засмеялась ба.

– Присаживайтесь за стол, – скомандовал отец. Мама, правда, так и не поднялась. Зубки показывала. Ну, ничего, это дело поправимое. Сейчас слово за слово разговорится, потом не оторвать будет.

Бабуля настояла, чтобы мы с Риной уселись рядом, вроде как ей так разговаривать удобней. Мы сопротивляться не стали, да и Катя, судя по всему, с бабушкой чувствовала себя уверенней.

Минут через пять на стол подали горячее: мясо, пару салатов, и блюдо с рисом. Я положил себе, потом дамам, которые сидели по оба локтя от меня. Что ж, роль джентльмена сегодня достается Роману Филатову.

– Сынок, как учеба? – подала голос мать, разрезая на тарелке и без того маленький кусочек картошки на две части. Манеры – лицо высшего общества.

– Пойдет. Кать, я ж хорошо на парах себя веду?

– А, – Рина смущенно положила вилку на стол, глянула на меня, хлопая ресницами. Затем выдохнула и ответила: – Конечно. Конспекты хорошо записываешь.

– Вот, видите! Если отличницы меня хвалят, то какие могут быть разговоры?

– Вы вместе учитесь? – спросил папа, делая глоток красного сухого.

– Да, – ответили мы в один голос с Катей.

– А где познакомились? – продолжал отец.

– На улице, – втиснулась бабушка. – При мне. Твой сынок облил меня и Катеньку с ног доголовы грязью.

Папа аж подавился. Закашлял, взял салфетку, начал рот протирать. Это первый знак будущих нотаций. Нет, может не сейчас, но потом он обязательно припомнит.

– Прошу прощения, – произнес старик. Посмотрел на меня так, словно припечатал тяжелой гирей. По скулам забегали желваки.

– Па, – улыбнулся я, включая милого сыночка. – Это случайно получилось. Да и вообще…

– Случайно? – усмехнулась бабушка. Умеет же подливать масло в огонь.

– Ба, ну что ты… я тебя даже не задел.

– Катеньку задел! – напирала она.

– В-все нормально, Надежда Петровна, – вступилась Рина. Голос ее тоненький звучал тихо, видимо смущалась.

– Как нормально? Витя, ты ему права купил?

– Да вот не знаю уже, – хмуро отозвался отец.

– Сам сдавал! – воскликнул я, повышая шутливо интонацию. – И вообще я торжественно приношу всем извинения. Кать, ты простишь меня? – глянул на свою солнечную девочку, а она чуть стакан из рук не выронила.

– Хватит, – буркнула мама, охлаждая атмосферу. – Может, о Марине поговорим? У них ребенок родился.

– Маринке? Вот этой недалёкой дурочке? – ба возвела глаза к потолку. Она в принципе не особо любила маминых подруг.

– Надежда Петровна, она не дурочка. Очень умная и образованная женщина.

– И как назвали ребенка? – спросил, замечая, как накаляется градус.

– Себастьян, – ответила мама, прикладывая салфетку к губам.

– В честь рака что ли? – на полном серьезе выдала бабушка.

– В смысле? Какого рака? – не поняла мать, вылупив большие глазища. Зато папа усмехнулся. Что уж там, я тоже еле сдержался.

– Ой, что у вас у молодого поколения только в голове. Был мультик такой, про русалку. Там рака так звали.

– Ариэль? – подала вдруг голоса Катя.

– Да кто его знает, – пожала плечами ба. – Я ж говорю, что Маринка недалёкая. Могли бы посоветоваться, уж если все так плохо с фантазией.