Книга Лед в твоем сердце, страница 119 – Ники Сью

– Ага, мечтай.

– До последней пули, – напоминаю ей фразу Че Гевары, снижая скорость. Паркуюсь возле небольшой уличной кафешки. Мы частенько сюда заглядываем с Арсом.

– Куда мы приехали? – замечает вывеску и столики Маша.

– Поесть, я голодный.

– Здесь вкусно кормят?

– Пойдет, – глушу двигатель и выхожу на улицу. Уварова выскакивает следом. Семенит рядышком, осматривая заведение.Большие зонтики, мягкие диванчики и плетеные столы. А еще людей не особо много.

– Добрый день, – здоровается официантка, улыбаясь во все тридцать два. – Вас двое?

– Ага, – киваю ей. Проходим на свободное место и усаживаемся.

– Боишься? – игриво уточняю. Хочется усадить Машу рядом, а потом поцеловать. Однако эта ненормальная, как всегда, делает все по-своему. Может, поэтому она мне и понравилась.

Не такая, как все. Другая. Изначально другая.

– Это тебе стоит меня бояться! – уверенно заявляет, рассматривая меню.

– Пальчиком еще пригрози, – усмехаюсь. Делаем заказ, я беру много, а Уварова скромно – только чай и пирожное. Приходится заказать еще пиццу. Нужно ребенка накормить, не сидеть же ей с открытым ртом.

– Здесь мило, – откидывается она на спинку дивана, продолжая рассматривать полупустую улочку.

– Почему ты не в юбке?

– Зачем? У тебя фетиш на юбки?

– Разве на свидания девушки не должны выряжаться? – спрашиваю немного грубо, вспоминая придурка, который сегодня лапал Машу. И в тот раз она ему волосы трепала. Ревность – штука опасная. Как ядерная бомба, разнесет к чертям – и не заметишь. Видимо, я слишком собственник. Странно, почему раньше об этом не задумывался. Вообще был убежден, что не умею ревновать. А сейчас вон как завелся.

– Я плохо выгляжу? – Уварова задает этот вопрос не сразу, а минуты через две. Будто не решалась на него. Хлопает ресницами, нижнюю губу прикусывает. Нервничает.

– Ну… на троечку, – нагло вру ей. Потому что и без юбки с макияжем готов вилять хвостиком.

– Тогда не смотри на меня! – прикрикивает. Складывает руки на груди и отворачивается, делая вид, будто разглядывает что-то в другой стороне. Обиделась, видимо. Хочу уже встать и сесть рядом, но голос за спиной возвращает с небес на землю.

– Тим?

– Арс? Какие люди!

Богданов переводит взгляд с меня на Уварову, и его глаза округляются, как две копейки. Не ожидал такого кино, да я и сам не ожидал. Но что имеем.

– Я присяду? – спрашивает он. Вежливый же типа.

– Ну, садись, – двигаюсь. Арсений усаживается рядом.

– Представишь нас? – напрашивается на знакомство Богданов. Хотя на лице у него так и читается: «Какого черта?»

– А я Маша, – берет инициативу моя ненормальная. Протягивает ладонь через стол и улыбается. Даже завидно становится.Мне за сегодня она так ангельски не улыбнулась ни разу. Одни колючки.

– Арсений, – пожимает руку друг. Пинаю его в бок, и он резко разрывает рукопожатие.

– Каким ветром? – спрашиваю у него.

– Голодным. А ты… то есть вы? – опять этот взгляд в сторону Маши.

– Мы тоже, – отвечает Уварова. – Давно вы знакомы?

– Давно, а вы? – любопытствует Арс, хотя и так все знает.

– Относительно недавно. Ой, – из рюкзака Маши разносится мелодия с телефона. Она копошится секунд пять, затем вытаскивает и тут же поднимается. Сообщает, что отойдет поговорить с мамой. Мне хочется глянуть в экран, узнать, реально ли там мама, а не тот придурок. Однако сдерживаю очередной порыв ревности.